Шрифт:
* * *
Вертолётные лопасти раздувают волосы человека в деловом костюме. Кирилл стоит у машины в лётном комбинезоне. Улыбается. Ждёт шефа. Тот долго глядит на город. С каким-то сожалением проговаривает:
«Война заканчивается…— и, наконец, смотрит на меня.— Сейчас наших заказчиков будут интересовать не эффектные операции, а эффективный контроль территорий. Придётся менять формат… Я не сомневаюсь, что вы справитесь. Но под новый проект нужно будет перестраивать всю производственную базу. Возможно, расширять, менеджерский состав. Я вижу это как некое классическое реалити с ограниченным пространством. Стационарные камеры. Конечно, со съёмкой 360. Разумеется, интерактивное… В общем, работы много. Нужно будет собраться. Мы же не феномены… А вы пока… Сюда».
Он показывает мне экран смартфона с открытой картой.
«Далеко…»
«Далеко. Но надо помочь братьям-славянам. Тем более, что работа для вас привычная. А мы тем временем всё тут обустроим…»
«Ясно. Решили отослать от греха подальше».
«Ну, нет…— мой собеседник картинно морщится.— Воспринимай это не как отставку, а как экзамен перед следующим этапом. Промежуточный сезон. Спин-офф».
«Что если я откажусь?»
«Я не смогу вас принудить,— как обычно вкрадчиво соглашается он.— И никто не сможет. Только, вероятно, останется чуть меньше друзей и станет чуть больше врагов. Уверен, вы в любом случае всех победите. Но нужно ли вам это?— человек в костюме выдерживает паузу, ожидая моей реакции, а потом, словно вспомнив что-то, лезет в карман и протягивает мне небольшую карту памяти.— Я иду на риск, передавая вам эту запись. Но хочу, чтобы вы знали. Я всегда был на вашей стороне. Не хочу, чтобы между нами была какая-то недосказанность. Послушайте. И тогда решите всё для себя… Мы не манипулировали вами прежде, не манипулируем и сейчас. И, конечно, любые дополнительные условия за вами…».
Я задумываюсь. Перекатываю на ладони маленькую флешку.
«Девчонку нужно пристроить в санаторий. К Валерию Семёновичу. У неё ребёнок теперь. Пусть приглядит… Чтобы всё нормально там. Это, во-первых».
«Уверен, он будет только рад,— человек в костюме сдержанно улыбается.— Чистый воздух. Реликтовый лес. Нечего и обсуждать. Решённый вопрос».
«Во-вторых, нужно найти одного человека… Если жив. Возможно, среди раненых. Или пленных. Или уже сменивших гражданство. Данные будут. Время тоже. Но нам нужно будет пересечься. Если он на нашей территории, конечно».
«Можем привезти и не с нашей. Впрочем, скоро она вся…»
«Да. Это детали. С ним надо увидеться… Ей надо».
«Хорошо. А третье?»
«Что третье?»
«Ну, обычно всегда предлагают загадать три желания»,— глаза куратора смеются. Он слишком доволен.
«Это не мои желания».
«Тогда тем более полагается третье».
«А в-третьих, я ещё ничего не решил… Но если решу, то пусть с нами снова будет Кирилл,— киваю я в сторону вертолётчика.— Мы к нему привыкли».
Человек в костюме смотрит на меня слегка удивлённо.
«Что? Это проблема?»— уточняю я.
«Нет. Вовсе нет. Просто… Не думал, что ты знаешь, как его зовут».
* * *
На лестничной площадке, где я стою, прохладно и тянет каким-то поганым куревом. Чем-то похожим даже на запах от сгоревшей военной техники. Но всё-таки это спокойный мирный запах. На грязном подоконнике банка-пепельница с засохшими бычками. За пыльным оконным стеклом зелень старого подмосковного дворика. Где-то в кустах чирикают воробьи.
Моя русалочка наконец-то сделала себе ноги. Она стоит на полпролёта выше и звонит в дверь. В другой руке крепко держит ручонку полуторагодовалого малыша в джинсовом комбинезончике. Дверь открывает молодой мужчина. Худой и сутулый. Словно побитый жизнью. В серо-голубых глазах настороженность. А мелкий похож на папку. И глаза голубые, и такой же белобрысый.
Агния сразу переходит к делу. Суёт в руки парня смартфон.
«Это её телефон. Там ваша фотка вместе. Если родится пацан, вы хотели назвать его Алёшей. Вот — Алёша. Болтает хорошо, но мало. Прикормлен по схеме ВОЗ. Теперь всё хавает без проблем. Прикус нормальный. Малёха косолапый. Весь в тебя. Всё. Забирай».
Не дав чуваку опомниться, она буквально вталкивает малыша в квартиру и спешно спускается вниз. Шипит мне сквозь зубы.
«Пошли уже… Пока я, бл*дь, не разревелась».
Я поднимаюсь с подоконника. Ловлю удивлённый взгляд молодого человека, прижимающего к себе ребёнка. Спускаюсь следом за Агнией. Там нас уже ждёт тачка и знакомый водила за рулём.
«Скажи честно,— спрашиваю я, когда мы оба устраиваемся на заднем сиденье „Жигуля“,— что-то от себя ты ему оставила?»
«Помнишь, его мамаша увлекалась натальными картами? Так вот. Он, как и я, родился под восходящими „Весами“ и может натворить дел… Но его десцендент — „Овен“ — всегда поставит рядом сильных и волевых людей, которые не бросят его в беде».
«Десцендент — это „потомок“ по латыни. Это единственное, что я понял из всего этого потока бреда… И спросил я про другое».
«Ой, не умничай… Чудовищем он точно не будет».
«Всё обсудили, родители-астрологи-педагоги? Прицеп отстегнули? Может, поедем уже?»— оборачивается усмехающийся Кирилл. Я киваю.
«Жигуль», явно не простой, а конкретно заряженный под капотом, свистя покрышками, выскакивает со двора, выруливает из проулка, резво катит по проспекту между рядов беленьких новостроек. Водила тыкает пальцем в кнопку магнитолы.