– То есть ты хочешь сказать, что предсказанный экуменизм уже наступает? – удивленно откусывая сосиску произнес Артум.

– Да. Сначала экуменизм, постепенно перерастающий в религиозный синкретизм, затем постепенный переход с бумажных денег на электронные, а также захват контроля масс. Все это - предпосылки грядущего, а именно общая мировая религия и преследование тех, кто не захочет принять новую систему. А если еще и Аварум вырвется в Румпитур, то Апокалипсис начнет набирать обороты.

– Он и так может существовать в Румпитуре, - присел за стол Юлиан, которого Адриана не сразу заметила, погрузившись в размышления, – трогать его без браслета. Только вот медлит он вмешиваться в другой мир, пока со своим не разобрался. Между ним и Румпитуром стоит только Сальвус.

– И мы, - поднял сосиску вверх вместо пальца Рик, парящий над столом, как джин.

– Аварум должен находиться в одном месте – в аду, - фыркнул Хьюго, накладывая еду и присаживаясь за стол с Руби, Ричардом и Карой.

– Ад - это не место, а состояние души, - ответила Кара. – После смерти дух, пристрастившийся к различным плотским вещам во время жизни на Земле, не сможет спокойно существовать без тела. Более того, рядом с Богом ему будет особенно тяжело и невыносимо, ведь душа не стремилась к нему. Поэтому ад – это и есть то состояние, которое постигает человека после смерти, если он не работал над своей духовной жизнью будучи в физическом теле. Так что все зависит от выбора человека, а остальное – лишь последствия.

– А что у него с глазами? – поморщив нос произнесла Руби.

– Я читал об этом в книгах, которые принес Рик, - оживился Артум.
– Глаза ангелов цвета камня ангелит, но по мере отступления от Бога они белеют, поэтому у Аварума глаза не голубоватые, а снежно-белые.

– А помните он сказал, что был в четырехмерном пространстве? – спросил всех Хьюго. – Что это значит?

– Люди описывали ангелов по форме похожих на фигуру четырехмерного куба, - ответила Адриана, аккуратно убирая волосы за ухо.
– Со всех четырех сторон голова, руки, крылья. Получается людям ангелы являлись четырехмерными в трехмерном пространстве, а в основном, по их природе, существовали трехмерными в четырехмерном пространстве. В результате появлялось некое искажения изображения для наших глаз, что и происходит, когда мы наблюдаем за кубом в разных пространствах.

– Ты что-нибудь понял? – с полуулыбкой воззрился Хьюго на Юлиана. Тот в ответ что-то пробормотал и повертел кистью руки, что, вероятно, означало «почти». Руби замерла и смотрела прямо перед собой, предпринимая безуспешные попытки осознать услышанное, а Рик изображал вихрь, крутясь на одном месте под потолком.

– Вот такой ветер у вас в головах, глупенькие вы мои, - ехидничал он, паря вне досягаемости.

– Чтобы вам было проще разобраться, представим куб и тессеракт, - терпеливо вдохнула Кара, сменив Адриану. Начертив Альмой в воздухе фигуры, она продолжила.
– Трехмерный куб в четырехмерном пространстве, то есть куб в кубе, мы не можем правильно увидеть таким, какой он есть на самом деле. Тессеракт - это четырехмерный куб в трехмерном пространстве. Его увидеть и правильно воспринять мы можем, возьмите хотя бы картину "Распятие" Сальвадора Дали. Мы ограничены нашим пространством, поэтому ангелы являлись в том облике, в котором мы может их воспринять.

– Все, дошло, - схватился Хьюго за голову, выпучив глаза. – Поразительно. Если бы ты не нарисовала эти фигуры, я бы до старости не понял. Вот я тугодум.

– Семьдесят лет не такой уже и большой срок, - раздался саркастический голос сверху. – Ты себя недооцениваешь.

– Ага, смотря для кого, - поднял голову на атланта Хьюго.

– Так, - перебил пустословие Ричард. – Безделье на вас плохо влияет. Бегом тренироваться.

– А что не так-то? – невинно плюхнулся около него на стул Рик, хитро поглядывая то на Кару, то на Ричарда, будто едва удерживая нечто, просящееся на язык.

– Вы начинаете пороть всякую чушь, - улыбнулась Кара. – Идем. Я узнала от Вуди, что здесь неподалеку за горой под названием «Верблюжий обрыв» есть поле, обрамленное небольшим лесом. Там мы сможем потренироваться всей командой и без случайных свидетелей в виде Мэтью.

Идея всем понравилась и уже через полчаса команда в полном ее составе, за исключением Каталины, конечно, разделившись на две группы, вступила в репетиционное сражение на поле, покрытым пушистыми одуванчиками. Все были поражены новой способности Юлиана исцеляться, но больше всего новоприбывших потрясла его золотая магия, которой Проводник успешно отразил Альму Ричарда и вырастил посреди поля Красный дуб, подобно тому, который рос у Крайнего леса на месте регулярных тренировок команды.

– Местные не умеют так, - качая головой произнес Диего своим низким голосом, оглядывая в считанные секунды возникшее дерево. – Мы не можем ускорять процессы природы, не можем создавать семя из воздуха. Вот плод дерева, пожалуйста, но не источник. Поэтому у нас все еще остаётся актуальным земледелие.

– А если взять семя из созданного плода? – поинтересовался Юлиан

– Можно, конечно, но если не будет, к примеру, яблонь вообще, то и плод с семенем не получится создать. Более того, семя-то еще нужно вырастить. А как ты, мы не умеем. Нужно посадить его в землю, долго поливать, заботиться.