"Господи, Кортес, твоя киска…" Я хриплю, когда она сильно сжимается вокруг меня, пока я тру эту идеальную точку внутри нее. "Она, блядь, пульсирует для меня. Ты ничего не можешь с этим поделать, да? Ты собираешься кончить снова, как маленькая грязная шлюшка, не так ли?"

Она скулит, лишившись дара речи, так как содрогается на пике очередного оргазма. "Уххх…"

Прилив внутри меня нарастает и нарастает, и жар проходит по моим конечностям. Что-то в этом моменте кажется сюрреалистичным, слишком мимолетным, и я почти боюсь своего приближающегося оргазма. Я боюсь, что он выведет меня из этого сна, и богини больше не будет в моих объятиях. Мне нужно почувствовать, как она подпрыгивает на моем члене, прежде чем все это исчезнет.

Оставаясь в ней, я поднимаю ее со стола, обхватывая обе ноги руками и перенося нас в кресло. Она устраивается у меня на коленях, положив ноги на сиденье по обе стороны от моих бедер, пока я откидываюсь назад. "Накачивай свою киску, пока я не заполню тебя до отказа".

Я снова обхватываю рукой ее горло и притягиваю ее к своей груди, мои слова звучат у нее над ухом. "Скачи на мне, как грязная шлюха, которой ты являешься, моя маленькая угроза".

Ее задница хлопает по моим бедрам, когда она скачет на мне, и я провожу рукой по ее талии, чтобы погладить ее клитор. "Да, да, Ро-о-о, блядь". Мои бедра сжимаются, а пресс напрягается, когда оргазм готов обрушиться на меня.

"Ты будешь так хороша, когда на тебя будет капать моя сперма…" Я кусаю ее за шею, и она стонет от боли, но не перестает подпрыгивать на моем члене. Я сильно кончаю, мой член пульсирует внутри нее. Мои пальцы не останавливаются, и вскоре она снова кончает, ее оргазм выжимает из меня все до последней капли.

Она откидывается назад, задыхаясь на моей груди, а я смазываю языком капельки крови на своем следе от укуса. Она вздыхает, сладко и удовлетворенно, и я на всякий случай обхватываю ее руками.

На всякий случай, если это сон, я не отпускаю ее.

1. Gimme — BANKS

2. Make Me Feel — Elvis Drew

Глава 20

Невероятно

Реджи

Я поворачиваю ноутбук на бок и кручу головой, пытаясь взглянуть на эти фотографии с другой стороны, но ничего не получается. Я закрываю ноутбук и со стоном бросаю его на кровать рядом с собой. "Мне нужно снова увидеть тела".

Роан поднимает голову от книги, которую он читал за столом. "В институте?"

"Я уже два дня просматриваю эти фотографии, но ничего нового не узнаю. Может, я что-то упустила…" Невозможность продвинуться вперед съедает меня, как постоянный узел статической энергии, гудящий в груди.

"Разве он не закрыт?"

"Технически. Но у меня все еще есть доступ".

Он кивает, закрывая книгу. "Ладно. Я быстро приму душ, а потом мы можем идти "1.

"Опять собираешься трахать свой кулак, думая обо мне?" За последние несколько дней после похода в "Персик" мы привыкли друг к другу. У нас больше не было секса. Притяжение все еще есть — черт возьми, оно есть всегда, — но между нами нет этой когтистой, кричащей потребности. Напряжение, которое накапливалось, заставляя меня вести себя агрессивно, а его — выходить из себя, наконец прорвалось. Как плотину, ее прорвало, и теперь вода течет спокойно. Мы можем сосуществовать, не пытаясь решить, хотим ли мы убить или трахнуть друг друга.

"Я не собираюсь устраивать для тебя очередное шоу". Он смеется и направляется в ванную.

Включается вода, и я пытаюсь вернуться к тому, что делала на компьютере, но не могу. Поэтому я прекращаю попытки. Я стягиваю с себя футболку и пижамные шорты — боксеры Роана, так как я забыла их упаковать. Это даже не из-за чего-то откровенно сексуального, это просто… желание быть ближе к нему.

Когда я захожу в душ, его глаза закрыты, а голова откинута назад под струю, пока он проводит руками по волосам. Я замираю, наблюдая, как его татуировки пульсируют и двигаются вместе с его мышцами. На его коже есть несколько шрамов, которые я раньше не замечала, словно ножом вырезанные в мясном блоке. Это заставляет меня осознать, как много я еще не знаю о Роане. Он знает обо мне все — мою работу, мою семью, мою психологическую травму, мой гребаный заказ кофе и код доступа к телефону.

"Я сказал, что не собираюсь устраивать тебе шоу". Он приоткрывает одно веко и смотрит на меня с кривой улыбкой. "Ты собираешься присоединиться ко мне или просто будешь стоять здесь весь день?"

"Заткнись, грингито". Я легкомысленно смеюсь и наношу немного средства для мытья тела на мочалку. Я подхожу к нему и намыливаю его грудь, как будто это самая естественная вещь в мире. Я прослеживаю плоскости его тела, чувствуя, как твердые мышцы двигаются при его дыхании, и понимаю, что мне так же комфортно здесь, обнаженной в душе, как если бы я смотрела телевизор или ужинала с ним.

Я омываю участок кожи с маленькими круглыми шрамами на его грудях и быстро узнаю в них ожоги от сигарет. В отличие от других шрамов, он напрягается, когда я прикасаюсь к ним. Это не новые раны, поэтому они не должны причинять ему боль. Я кладу ладони ему на грудь и смотрю на него сквозь ресницы. Он смотрит в ответ мягкими глазами, но с твердой челюстью. "Что случилось?"

Его ноздри раздуваются. "Мой отец часто путал меня со своей пепельницей, когда напивался".

"Роан… сколько тебе было лет?" Мое сердце уже болит за юношу, прежде чем он отвечает.