Я одернула себя. Не мне судить. Я вообще сидела без капли магии в метре от злейшего врага и собиралась от пуза поесть вареников и перепелов. Если место останется, то и супа. Мы были той еще компанией. Я подняла руки, словно собираясь вознести молитву Троице.

– К нам едут инквизиторы! – провозгласила я. – И это не самая интересная новость. У Злейска теперь есть свой собственный злой дракон!

Кресс помассировал виски, будто один лишь мой голос был способен испортить ему настроение. Яков помрачнел и взял Гленну за руку, будто его присутствие могло защитить ее от дракона. Наивный деревенский мальчишка.

У Злейска оставалось лишь два варианта: жители могли бежать прямо сейчас или дождаться, пока дракон придет в деревню за обедом. Я не знала, как им помочь. Возможно, поэтому угрюмо-решительное выражение Якова меня бесило. Это пожатие руки, это обещание безопасности – ложь. Оставалось лишь надеяться, что Ру и его отряд убийц прибудут в ближайшие дни и помогут деревне.

– Нужно его убить, – произнес Кресс. – Завтра пойду в горы. А пока отправьте женщин и детей в соседнюю деревню.

– Семь бед, один ответ, – насмешливо фыркнула я. – Как ты собираешься убивать огромную ящерицу с крыльями и в броне? Насмешишь своим героизмом до смерти?

– Ближайшая деревня в трех днях пути, – пробормотал Яков. – Опасно отправляться туда с детьми и стариками. В чистом поле от дракона не укрыться, не сбежать.

Я хотела уточнить, что в лесу от него тоже не скроешься, но промолчала. Незачем добавлять им новых тревог. Гленна прикрыла лицо руками. Ей было тяжелее всех, ведь Йозеф охотился каждый месяц, неделями пропадая в Чаще. Он в любой момент мог стать добычей магической твари, с этим она уже смирилась. А теперь охотники рисковали попасться и в когти дракону. Говорят, смерть от пламени ящера была мгновенной. Проверять никто не хотел.

– Тогда погреба, – вздохнул Кресс. – Убедитесь, что у всех есть убежище.

– Они живут рядом с Пустошью, почти у моста, который ведет к инквизиторскому Оплоту и Костотрясам, опаснейшим горам в мире, – заметила я. – У них есть убежища. Вот только если дракон надумает разрушать Злейск, погреба не помогут. Он просто раскопает их.

– Ты не помогаешь, Тарья.

– Господин инквизитор, – закатила глаза я, – мне просто не хочется давать ложных надежд. Потому что если жители Злейска решат, что опасность невелика, никто не попросит инквизицию разобраться с драконом.

Кресс выгнул бровь. Он посмотрел на двух жителей деревни, и те стыдливо отвели взгляд. Кажется, до него начало доходить.

– Инквизиторов никто не любит, – усмехнулась я. – Без надобности никто их не пригласит.

– О тебе же сообщили, – поморщился Кресс. – А ведьма куда менее опасна, чем дракон.

Я покачала головой. Если бы он только знал, сколько всего я успела натворить в Кровижцах во время казни родителей. Ни одному дракону такое не под силу.

– Нужно будет поговорить со старостой. Пусть Йозеф созывает Вече, – сказал Кресс. – Завтра я провожу вас в деревню.

Решение было принято. Мы провели вечер в задумчивом молчании, каждый переживал о своем. Ночью, когда Кресс уже улегся рядом со мной и заснул, я попыталась зажечь хотя бы маленький огонечек магии. У меня не получилось. Искра магии вспыхнула и погасла. А потом внутренности скрутило от напряжения, а сердце мертвым грузом застыло в груди. Я в ужасе хватала ртом воздух, не в силах спасти свое тело. Малейшее напряжение чуть не убило меня.

Кресс подскочил на кровати, услышав мои надсадные хрипы. Помочь он не мог, поэтому лишь прижал к себе, убаюкивая, пока ток магии не восстановился и мне не полегчало. Кресс гладил меня по спине, укутав в одеяло.

– Глупая ведьма, – прошептал он.

Внезапно я расплакалась. Магии не было. Я не могла поставить над деревней защитный купол. Злейску и его жителям грозила опасность, а у меня не было сил их защитить.

Кресс все понял, но промолчал. Он позволил мне уснуть у себя на руках, в безопасности. Утром я проснулась одна. Ребят нигде не было.

Глава 26

Они пришли спустя час, когда я уже вся извелась и приготовила пару десятков пузырьков с усыпляющим зельем. Оно было таким сильным, что свалило бы даже дракона. По крайней мере, я на это надеялась. Кресс молча посмотрел на мои руки. Каждый палец заканчивался острым черным коготком. Волосы кровавой волной падали на плечи.

Мою душу снова переполняли холодная ярость и отчаяние. Инквизитор не мог этого знать, но догадывался. Я металась по комнате, перебирая охапки трав и гневно отпихивая мирт в сторону. От его запаха уже тошнило. Мне хотелось сорвать венок с головы Якова и растоптать его. Цветы добра! Идиотизм. Добро никому не поможет. Схватку с монстром может выиграть лишь другой монстр, порождение магии и зла.

Я могла победить дракона. Моей магии хватило бы, чтобы стереть ящерицу в порошок. Конечно, для меня это верная смерть, но лучше уж так. Кресс отнял у деревни последний шанс на спасение, напоив меня отваром со слезами Девы. Я хотела ненавидеть его за это, злиться на инквизицию, обвинять ее во всех бедах. Я хотела, но не могла.