– Странно, – сказала я. – Ты должен был сегодня лежать в горячке и стонать от боли. Рана слишком серьезная. А ты почти излечился!

– Разве ты не должна радоваться, что твои зелья сработали? Я выжил. Или это в твои планы не входило?

– Зараза к заразе действительно не липнет, – буркнула я. – Рана выглядит хорошо. Только ты бледный как поганка.

– Здесь только одна поганка. Ты.

– Спасибо, сочту за комплимент, – оскалилась я.

Я потянулась к бинту, чтобы перевязать рану, и столкнулась с рукой Кресса. Инквизитор вздрогнул и отшатнулся. Он смотрел куда угодно, только не на меня. Я торопливо заканчивала перевязку. Инквизитор поджал губы. Чувствовалось, что он хочет сказать что-то еще, но старательно сдерживается.

Ситуация снова накалялась. Если так будет продолжаться, мы друг друга убьем. Каждый наш разговор выливался в подначки и ссору. Я просто не могла себя контролировать рядом с этим… Козлом! Как только больной принял укрепляющий отвар, я вышла во двор за водой, по пути проверив крышу дома и состояние обуглившегося порога.

Когда вернулась, инквизитор собирал рассыпанный на кровати барвинок. Повисшее в воздухе недовольство можно было черпать ложками. Кресс терпеть не мог ведьм, я терпеть не могла инквизиторов. Наша ненависть была взаимной и обоюдной.

Глава 13

Кресс с недовольным видом забрал у меня ведро из рук.

– Девушкам не стоит таскать тяжести, – буркнул он.

– Как и инквизиторам с распоротым брюхом, – парировала я. – Зачем ты вообще полез к Диву? Его народец может жестоко шутить, но никогда не нападает без причины.

– Мне показалось, они играли в твою голову. Пинали ее по земле, а потом кинули в Чащу.

– Шутка вполне в их духе, – пожала плечами я. – И ты не ответил, почему Див напал.

– Я его ранил железом, – признался Кресс.

Я поняла, что тема ему неприятна, и отстала. Сам разберется, когда надо или не надо лезть к волшебным существам из Чащи. Не мне учить инквизитора, как работать. Эти ребята веками справлялись и без подсказок ведьм. Кресс помог мне собрать травы и отмыть следы крови с пола. Он настороженно следил за каждым моим действием и не сразу решился снова заговорить.

– В деревне намечается большой праздник, – сдержанно произнес инквизитор. – Семья Вакулы и Йозефа просила тебя зайти к ним, как будет время. Сказали, ты не приняла деньги.

– Врут, – отмахнулась я. – Они заплатили.

– Сколько?

– Пару серебряных, – сказала я и кивнула в сторону прожженой крыши. – Один на ремонт, другой за травы. Взяла чуть больше, чем следовало, но мне это торжественное сожжение ведьмы изрядно помотало нервы.

Избушка после зимы выглядела, мягко говоря, плохо, а после учиненного крестьянами вообще стала похожа на древнюю развалину. Повсюду появились черные пятна от копоти. На крыше виднелись маленькие подпалины, а в одном месте намечалась огромная дыра. Пара дождей, и глину размоет, после чего кусок потолка свалится мне на голову.

– Надо будет купить инструменты, – решила я. – На ближайшей ярмарке. Иначе на травы начнет подтекать дождевая вода.

– Будешь сама крышу латать? – усмехнулся инквизитор.

– Нет, тебя попрошу, если к тому моменту не сбежишь. Ты быстро идешь на поправку. Если собираешься и дальше за мной приглядывать, ночуя в этом доме, нам понадобится еще один табурет, скамья или кровать…

– Я не собираюсь здесь жить, ведьма, – прервал меня он. – Не останусь в Чаще ни единой лишней секунды.

Я пристально посмотрела на Кресса. Он резким жестом убрал волосы со лба и вернул себе то безразличное выражение лица, что у него было большую часть времени. А мне уже начало казаться, что я говорю с человеком. Большую часть времени инквизиторы напоминали статуи и не обладали ни сопереживанием, ни другими человеческими чувствами. Видимо, когда они ранены или в беде, их естественная защита давала трещину. Из-под маски жестокого убийцы чудовищ выглядывал человек, которым он прежде был.

Инквизитору это не нравилось. Я видела, как он мечется между привычной сдержанностью и желанием язвить и злиться. Мы вместе выкинули барвинок из избы. Цветы измялись, а листья были слишком старыми и жесткими, непригодными для отваров.

– Неужели тебе не пригодится? – спросил Кресс, когда мы высыпали в яму во дворе целую охапку барвинка.

– Красивый цветок, но абсолютно бесполезный. Можно добавлять молодые листочки в настойки, как вспомогательный элемент, но пользы от него мало.

– Он не обладает магическими свойствами?

Кажется, Кресс до сих пор не мог поверить, что детские сказки не имеют ничего общего с реальностью. Я подавила улыбку.

– Нет, – сказала я. – Хотя легенда красивая.

– Ты о чем? – наморщил лоб инквизитор.