Шрифт:
– А ну-ка дай сюда! – Саймон выхватил бутылку из рук Хью и поднес к носу. Затем немного отпил и выругался. – Чертов Фредди! Пора от него избавляться.
Хью поднял брови и спросил:
– Какого хрена он до сих пор на тебя работает? Я бы его не только уволил, но и хорошенько подправил лицо, чтоб не совал свой нос в чужую бутылку.
Саймон представил эту картину: наследник графа и лакей, катаясь по полу, дерутся за бутылку бренди. Злость и смех смешались в одно.
– Чего ты улыбаешься? – с подозрением задал вопрос Диккенсон.
Тот резко повернул к нему голову и сделал серьезный вид.
– Да ничего.
– Ответ был недостаточно убедительным.
– Просто кое-что вспомнил.
– Ты все еще мне должен скотч, не забудь об этом. – Поразмыслив, Хью спросил: - А о чем ты вспомнил или о ком? Не о той ли девчонке детства, о которой ты мне как-то рассказывал?
Саймон нахмурился. Его удивило то, что друг заговорил об этом именно сейчас. Давно он не вспоминал о той милой девочке, которую доставал летними каникулами. Для него это было больше, чем просто хорошее лето.
Странно, но за несколько месяцев там он почувствовал себя по-настоящему нужным больше, чем в собственном доме. Если дома Саймона просто пороли, то там не было физического наказания, а вместо этого лишь ругали и проводили беседу. Ему, конечно, потом доставалось от графа за его проделки и за то, что он не досмотрел за его дочерью, когда они оба промокли. Но все же эти детские воспоминания отдавались в нем с теплотой в душе. Как же ему было тогда тяжело уезжать из дома с уютной домашней атмосферой в замок, покрытый вечной мерзлотой.
Интересно, какой девочка стала сейчас. Саймон надеялся, что ее веснушки на лице все так же служат его украшением, а волосы цвета карамели по-прежнему напоминают вкус сладкого. Однако сейчас она наверняка уже вышла замуж, завела кучу детей, вполне удовлетворена жизнью и счастлива. Чего нельзя было сказать о нем.
Не то, чтобы он был совсем недоволен жизнью, но чего-то ему явно не хватало. Нет чего-то ключевого, главного. Банально, но, возможно, ему не хватает счастья. Да, бывает, что одному из самых влиятельных и богатых людей страны, а может, и мира, не достает такого простого и важного элемента. Он улыбнулся про себя.
– Саймон! Где ты летаешь все время?! – вывел его Хью из транса. – Мне просто интересно, почему ты меня не слушаешь. Я здесь распинаюсь, значит, говорю, а ты и ухом не ведешь.
– С чего ты взял? Я слушал. Ты, кажется, говорил про карты или бренди? – рассеянно предположил он, пытаясь собраться.
– По-твоему, я настолько пропился и доигрался, что могу говорить только об этом? – возмутился его друг, обидевшись.
Саймон слегка посмеялся над ним.
– Ладно, Хью, прости, - Саймон закинул ему руку на плечо. – Я правда стал немного рассеянным последнее время. Так что ты там говорил?
– Я говорил тебе, пропащая голова, что неплохо было бы отвлечься и поохотиться. Что думаешь?
– Да знаешь, мне сейчас не до охоты. Я устал. Мне нужно еще закончить кое-какие дела в городе, - что было ложью.
– Ты же знаешь, я не могу отвлекаться, пока дела не сделаны.
Хью скорчил гримасу.
– Ты слишком много работаешь, тебе надо отдохнуть. Развлекись хорошенько с какой-нибудь куртизанкой или найди любовницу, - предложил он.
– Твое воздержание слишком затянулось, для молодого-то организма это дикий стресс. Расслабься! – По спине Саймона прокатился дружеский хлопок.
Хью напоминал ему сейчас маленького дьяволенка, пытающегося склонить его к греху. Саймон с усмешкой посмотрел на него.
– Да-а-а, твой молодой организм уже несколько лет пребывает исключительно в расслабленном состоянии, - съехидничал он.
– Шутки шутками, а я серьезно. Занятие любовью с женщиной сняло бы с тебя напряжение и…
– Диккенсон! Я же сказал, что женюсь. Мне не нужна любовница, – возмутился Саймон.
Хью виновато пожал плечами.
– Ну, одно другому не мешает. Но, должно быть, я действительно сошел с ума, предлагая тебеизменять жене. Надо же! Ее еще нет, а ты уже ей верен. Как это у тебя так выходит? Может, есть какой-то секрет праведности?
Саймон громко посмеялся.
– Когда-нибудь ты сам откажешься от той жизни, в которой пока нет места правильному образу, если, конечно, женишься по любви.
Хью фыркнул.
– Вот увидишь, так и будет.
Глава 4
Девушки прогуливались в парке рука об руку, словно два колечка неразрывной цепи, перешептываясь о чем-то. За ними следовал фаэтон в составе кучера и старой компаньонки Сары. Погода благоволила им, но в парке на редкость было немноголюдно.