– Ну... – Оливия старалась подобрать правильные слова.
– Меня поцеловали.

Сара отставила чашку чая. Выражение ее лица было очень сложно прочитать, но было ясно, что она сильно удивлена, и в глазах кроется один единственный вопрос: кто?

– Лорд Лендский.

Оливия не хотела об этом говорить, но хотя бы какую-то часть истории Сара будет знать, и она не почувствует себя предательницей их истинной дружбы. Ведь подруги все друг другу рассказывают.

Она, поставив локти на колени, схватилась за голову.

– Я не знаю, как это произошло. Это просто случилось само собой. Он поцеловал меня, а я ответила. Это казалось таким… естественным. Ты осуждаешь меня, Сара?

Сара непонимающе посмотрела на сидящую рядом подругу.

– Ты же моя подруга! Как я могу тебя осуждать? Это всего лишь поцелуй, Лив, и, на мой взгляд, в этом нет ничего такого. Ты же не ходила к нему домой одна, чтобы поцеловаться.
– Рука Сары дернулась, уронив со столика чашку, и та разбилась.

Она виновато опустила со вздохом голову. Оливия махнула на нее рукой.

Вдруг Сара робко спросила:

– А тебе это понравилось?

Вопрос обернулся настоящей неожиданностью. Если Оливия ответит «да», то та подумает, что у нее есть к Саймону чувства. Врать ей тоже не хотелось. Она итак скрыла от Сары достаточно много.

– Если честно, то да, - призналась Оливия и почувствовала свалившийся со своей шеи огромный камень. – Он мне не нравится, и я по-прежнему его не переношу, - быстро заверила она.

Сара покорно кивала головой, хотя нельзя было сказать, что она ей поверила. Она понимала подавленное состояние Оливии и не стала закидывать ее вопросами, как это обычно происходит. Оливия не могла бороться и с подругой тоже, убеждать ее в обратном просто не было ни желания, ни сил. Она выполнила свой дружеский долг: поделилась с Сарой, а как она к этому отнесется или подумает ее дело.

– В этом и есть причина твоей грусти? – аккуратно спросила Сара.

Оливия подняла на нее глаза. Множественные варианты ответов заполнили ее голову, но она нашла один подходящий.

– Нет. Я не лажу с мамой. Нас пригласили на загородный прием к Лендским и мы боремся за право собирать меня в дорогу, а ты знаешь, что это значит.

– Ух ты, как интересно! Когда отправляетесь?

– Выезжаем послезавтра. Официально прием начинается через два дня. Этого хватит, чтобы прибыть туда вовремя. Только я не понимаю, почему он назначил его в разгар сезона? Обычно их проводят в конце и после всей суеты в городе.

– Ну, может быть, ему нужно куда-то уехать и поэтому проводит прием заранее?

Оливия снова подумала о хлопотах с Лонгстри. Вся ее душа пыталась выпрыгнуть из тела в нетерпении узнать, что же все-таки задумал Саймон. Какой толк в этом приеме? Пазлы все никак не складывались. Одна деталь была чужда другой и никакой ясности. Она не могла усидеть спокойно, меняя то положение рук, то позу. Вдруг Оливию посетила взбалмошная и опасная мысль: прийти к Саймону и, наконец, поговорить с ним начистоту о бароне и о приеме. Может, он прояснит ситуацию. Но как же ей добраться до него? Оливия знала, где примерно находился дом герцога Лендского в городе, ведь это было одно из первых данных о Саймоне, добытых Лили. Интересно, что она и не подозревала раньше, что ее давний издеватель детства живет не очень-то далеко от их собственного дома в Лондоне.

– Лив, к сожалению, я должна уже идти.

Может быть, Сара поможет ей в одиночку покинуть дом? Одну ее не отпустят. Даже с компаньонкой это будет считаться дерзостью: наведываться в гости к мужчине без приглашения. Затея все больше усиливала перчинку страха, переплетенное с азартным чувством.

– Сара, ты должна мне помочь.
– Она резко взяла подругу за руку, и та испуганно посмотрела на нее. – Мне нужно его увидеть.

Друзья всегда выручают друг друга в сложную минуту. Это известно всем на свете. Но как быть, если твой друг совершает ошибку и просит тебя в этом помочь? Отказать, значит, на его взгляд, предать, бросить в трудный момент. Помочь, значит, поощрить и подтолкнуть к краю пропасти, в которую он так рвется. И когда Оливия попросила Сару помочь ей, она предположила, что та испугается. Еще бы! Это большой риск, ведущий в случае поражения к серьезному скандалу. Оливия своими действиями могла опередить барона и погубить не только себя, но и Сару. И все-таки не без сомнений Сара согласилась помочь подруге, что не стало для Оливии чем-то удивительным. Она чувствовала, что на нее можно рассчитывать.

Оливия сказала родителям, что у нее болит голова, и чтобы ее не беспокоили в своей комнате. Она тайком надела свой темно-коричневый плащ, и они с Сарой вышли на крыльцо. Погода была поистине лондонской: густой туман с дождем накрыли город со всеми его большими и маленькими крышами как покрывало. Городской смок сошел, уступив водной силе. Холод и сырость витали в воздухе.

Девушки прямиком побежали к карете, которую для них уже открыл слуга. Залезая в экипаж, Оливия увидела, как в дальнем темном углу сидела компаньонка Сары.