– Черт, Алиса, не убивай так сразу… - молит, сжимая мою талию. – Бля… какая ты страстная! – с поцелуем набрасывается и, слава богу, рукой под юбку заныривает. – Моя мокрая девочка… - губы безжалостно терзает, тем временем, как его пальцы, очень чувственно кружочки на влажной плоти вырисовывает. – Хочешь кончить так?

– Да… - дрожу всем телом. – Вот так хочу… - лбом в его плечо упираюсь, впитывая неземное наслаждение.

Уф! Умелые пальцы за считанные секунды до пика доводят. И пока я бессовестно кончаю на его умелые пальцы, он жадно проглатывает мои рвущиеся наружу стоны.

Сердце на вылет. Пульс на грани возможного. Сознание затуманено.

Вдох-выдох… Вдох-выдох…

– Полегчало? – Яр к груди прижимает. Так нежно… Так трепетно… Люблю не могу.

– Боже, да! – рвано из меня вылетает.

– Тогда погнали, Ягодка, скорей… - торопливо пересаживает меня на свое место.

Ну точно…

Губу коварно закусываю, к ширинки тянуть. Вот совсем не угадал. Быстро расстегиваю его молнию и тут-же вынимаю колом стоящий член.

– Алиса, ты чего… - растеряно головой мотает. Думал я его без разрядки оставлю? Неправильно думал.

– Ничего, Яр. Теперь можешь ехать… - на свое место усаживаюсь, поглаживая его твердый ствол. Боже, какой напряженный! Веду ладонью по нежной, бархатистой коже. Идеальные мышцы живота, моментально сокращаются, а зрачки от звериной похоти расширяются. – Поехали, милый… Гони… - тороплю умоляюще.

В безумной зелени его глаз, уже во всю чертята пляшут. Он, наконец, понимает, что конкретно я предлагаю и, конечно же, отказаться не в состоянии. Поэтому и выруливает на дорогу, переполненный эмоциями от предвкушения.

Яр несется на бешенной скорости, пока я ласкаю напряжённую от возбуждения плоть. Рассекает улицы Москвы, насколько позволяет дорожное движение. А я, проказница такая, внимательно наблюдаю за тем, как на его лице блаженство отражается.

– Алиса, детка, остановись… Бля… - дышать отрывисто принимается.

– На дорогу, смотри… Не отрывай взгляд, - тянусь к его паху намеренно. Дурная я, знаю, но я хочу… хочу…

– Твою ж… - ругается Яр, ощутив на чувствительной головке влагу моего рта. – Алиса, машину пощади, врежусь ведь… Чееерт! – дрожит его голос, пока мой язык, для него чудо вытворяет.

– Гони Яр, и не останавливайся…

Лев

– Почему мы в этом ресторане, Лев? – удивленно шепчет Рината, следуя за мной по пятам.

– Не рада? – оглядываюсь на нее. Хмурится. – Хочешь дома ужинать?

На лице улыбка растягивается, от воспоминания того, как мы вечера в квартире проводим.

Каждый день с ней фильмы смотрим, сидя бок о бок на диване. И практически всегда, она засыпает на моем плече. Сладкая.

– Очень хочу! – честно признается. – Я планировала сегодня стейки приготовить.

Да, моя же ты сладкая! Прижать к себе хочется. Невыносимо. Что в принципе и делаю, повернувшись к ней всем телом, на глазах у сотни посторонних глаз.

– Обещаю, через 20 минут поедем… - сходу ее милое лицо ладонями обнимаю. – И я с удовольствием поем, приготовленное твоими руками блюдо, - в губы ее шепчу. Черт какие манящие. Свихнусь скоро, точно. – Но, нам нужно провести какое-то время здесь. Ради продвижения дела.

– За нами наблюдают? – в ее глазах испуг проявляется. Мы так и стоим, прижавшись друг к другу между столиков.

– Скажу так, я позволяю это сделать и очень прошу тебя не волноваться… - говорю это, поглаживая пальцем ее неземные, ума лишающие губы. – Хочу улыбку твою видеть, Рината, - констатирую, точно в пелене. – Дари мне ее как можно чаще.

Ну разве можно быть настолько повёрнутым, лишь на нежности губ своей половинки? Я уже молчу про ее сладкий язычок, от которого крышу рвет в мгновение ока.

Бля…

Так и сманивает ее поцеловать, на глазах у сотни людей.

– Двадцать минут? – взволнованно переспрашивает, словно не расслышала. Ее тоже кроет от желания. Реснички так и подрагивают от трепета.

– Двадцать… - повторяю и все же касаюсь нежности ее губ. Не выдерживаю.

Черт! Разряды вдоль позвонка такие херачат, что кажется его выдергивают на живую, делая меня размякшей субстанцией.

Зверь же, большего хочет. Бьется в груди, желая испробовать ее персональный вкус.

Еле отрываюсь от половинки уплывающей. Вдыхаю ее запах и лишь тогда продолжаю тянуть к столику, который уже для нас накрыт.

Рината