Джо первым вломился в каюту. Три брата-ирландца исчезли — там вообще никого не было, кроме миссис Дойл. Она сновала среди разбросанных подушек и постельных принадлежностей, всплёскивая руками и негромко охая.

— Господи, — шептала она, — где же деньги, где же мои бедные деньги?

— Мама! — отчаянно окликнул её Джо. — Бросай!

Мистер Дойл опасливо приподнял ногу и посмотрел вниз. Джо и сам это чувствовал: ледяная вода, которая, как десятками игл, колола кожу, пробиралась в каюту из коридора. Мимо них с воплями проносились обезумевшие люди. Они бросали на ходу свои вещи, толкались, отшвыривали с дороги стюардов, падали и истошно кричали. Вода продолжала стремительно прибывать. В отблесках желтого света она казалась зеленовато-голубого угрожающего цвета.

— Мама! — изо всех сил выкрикнул Джо. — Бросай!

Миссис Дойл даже не услышала их. С суетливой и глупой деловитостью она перевернула нижнюю койку, выругалась и полезла наверх.

— Господи, — бормотала она, — неужели эти треклятые ирландцы нас ограбили? Ну, вот я им устрою, только вернёмся, и я им такое устрою!..

— Клара, кончай балаган! — хрипло потребовал мистер Дойл. В его глазах поселился серый ужас. — Скорее, нужно уходить!

— Отстань! — гаркнула миссис Дойл и стала рыться на койке мистера Палмера. — Куда же я могла деть этот свёрток?.. Я точно помню, что знаю, куда я его… Ага!

— Мама! — пропищала Бетти. — Пожалуйста!

Джо мрачно оглянулся. По коридору со всех ног бежали две девушки в неуклюжих спасательных нагрудниках; одна из них размахивала над головой мокрым платком, как флагом.

— Подождите! — кричала она. — Пожалуйста, подождите нас!

Джо вздохнул, перевёл на миссис Дойл взгляд и сжал кулаки, решаясь. Такого ему ещё никогда не приходилось делать, и он колебался даже сейчас, когда вода подступала к ногам и пропитывала брючины. Казалось, чьи-то цепкие, когтистые ледяные пальцы ласково обхватывают его за ноги и поглаживают, проверяя, достаточно ли на этих костях аппетитного мяса. Джо передёрнуло.

— Где же они могли… — миссис Дойл спрыгнула и стала копошиться под койкой.

— Мама, скорее!

Собственный крик подстегнул Джо, и он метнулся к матери. Обеими руками он схватил её талию и рванул так, что миссис Дойл взлетела, отчаянно визжа и молотя воздух ногами.

— Джо, проклятый мальчишка! — вопила она. — Немедленно поставь меня на место! Никакого уважения к матери!

— Мама, нам надо уходить! — Джо с трудом удерживал миссис Дойл. — Да помогите же вы, хоть кто-нибудь!

Бетти и мистер Дойл единовременно вздрогнули и послушно кинулись к Джо. Все вместе они, как муравьи, облепили брыкающуюся миссис Дойл, которая так и тянулась к койке. Под койкой лежала приоткрытая дряхлая сумка, а из сумки высовывался кончик небольшого бумажного свёртка.

— Пустите! — воинственно кричала миссис Дойл. — Это же наши деньги!

— Выиграю!.. Заработаю! — пыхтел мистер Дойл. — Только отстань ты уже от них!

Миссис Дойл завизжала, как ведьма, которую сжигают на костре, и в мощном пинке сумела оттолкнуть мистера Дойла. Она стремительно наклонилась, её пальцы царапнули по боку сумки — и каким-то неведанным образом в руке у неё вдруг оказался тот самый свёрток, из которого выглядывали блестящие от новизны банкноты.

— Наконец-то! — воскликнула миссис Дойл и радостно прижала свёрток к груди. — Наконец-то!

Мистер Дойл и Джо обменялись измученными взглядами. Они до сих пор не выбрались из каюты, но у обоих уже гудели от напряжения руки и ноги, а вода прибывала: теперь она достигала щиколоток Джо. Бетти испуганно топталась на месте, как потревоженный слон, и брезгливо поднимала юбки.

В глазах миссис Дойл снова появилась искра разума. Она огляделась кругом и затрясла головой.

— Быть такого не может! — сказала она. — Да ведь мы же действительно тонем!

— Поэтому надо бежать! — приказал Джо и первым бросился вон из каюты.

Ему не нужно было оглядываться, чтобы понять: мистер Дойл, миссис Дойл и Бетти бегут следом. Миссис Дойл бережно, как новорожденного младенца, прижимала к груди свой потрёпанный свёрток с деньгами, мистер Дойл подталкивал её в спину, Бетти еле ковыляла, подбирая юбки и повизгивая от злого колючего холода, который безжалостно накидывался на её ноги.

В коридоре почти никого не осталось. Исчезли и стюарды, и взволнованные пассажиры, как будто всех их отсюда унесла неведомая злая сила. На полу валялись белые спасательные нагрудники, чьи-то распотрошённые сумки и чемоданы, потерянная игрушка: старый, весь в заплатах, с лезущей меж швов набивкой мишка без одного уха. Двери некоторых кают были настежь распахнуты, открывая вид на такое же безобразие разорения, другие оставались закрыты. Дверь одной каюты и вовсе была снесена с петель. Жуткое молчание, похожее на оцепенение смерти, морозом проходилось по коже.

— Где же все? — прошептала миссис Дойл. — Где стюарды? Что нам делать?

Джо склонил голову набок и прислушался. Корабль молчал, словно гроб, но только здесь — а чуть дальше агонизировала жизнь. Джо уверенно показал направо.

— Туда!

Дойлы рванулись по коридору. Мистер Дойл всё ещё нетвёрдо стоял на ногах и часто запинался, едва ли не падал, когда натыкался на потерянные вещи. Назад Джо старался не смотреть: он сразу мог углядеть ползущее по полу голубовато-зелёное ледяное одеяло. Вода лениво забиралась в каюты, подхватывала и уносила лёгкие предметы, и воды становилось всё больше и больше.