Миссис Дойл, к величайшему ужасу Джо, издала слегка трезвое хихиканье и привалилась к плечу мужа. Три брата-ирландца посмотрели на Джо с великим удивлением, словно бы раньше они считали его куда более умным и сознательным человеком.

— Слушай, — загудел старший, — знать я не знаю, что там за проблемы у этих богатых, но я не собираюсь отрывать свой зад и куда-то тащить деда просто потому, что капитану захотелось с нами поиграться.

— Вы с ума спятили? — рявкнул Джо. — Да ведь только идиот будет созывать людей на палубы глухой ночью, в лютый холод!

Средний брат спокойно кивнул и протянул длинную, как у обезьяны, руку вверх. Не глядя, он нащупал на месте Палмера покинутую бутылку, снял её и задумчиво повертел над головой.

— Полагаю, — сказал старший брат, — что эта бутыль давно напрашивается на уничтожение.

— Да! — радостно загремели двое оставшихся братьев и мистер Дойл.

Миссис Дойл смотрела на бутылку с сомнением.

— Знаете, — сказала она, — если нам вдруг всё-таки прикажут выходить на палубу, не хотелось бы идти в неприглядном виде!

— Алкоголь согревает кровь! — гаркнул старший брат. — А нам как раз надо её воспламенить, разве я не прав?

— Да мы никуда и не пойдём! — норовисто отрезал средний. — Пускай выводят своих глупых богатых куриц и их трусливых детишек, а мы — мы настоящая сила, у нас в жилах — ирландская кровь, и мы скорее сдохнем, чем пойдём и будем прогибаться под их идиотские требования!

— Да это ты тут — единственный идиот! — закричал на него Джо и бросился между родителями и их приятелями.

Не успел никто из них издать ни звука, как Джо выхватил у среднего брата из ослабевших рук бутылку, размахнулся и ударил ею о пол. Во все стороны полетели осколки стекла, брызнули, как кровь, вонючие капли. Несколько из них попало на лицо миссис Дойл, и она брезгливо заморгала. Мистер Дойл радостно стал облизывать губы.

— Очнитесь! — закричал Джо. — Корабль, чёрт побери, тонет! Сейчас сверху прибежала девчонка, сестра одной моей знакомой…

— Это которая Ларри? — предположил мистер Дойл. — Плохо она маскировалась под мальчика, я всё сразу понял.

— Да какая к чёрту разница, мальчик это или девочка? — возмутился Джо. — Её сестра только что была тут, она напугана донельзя, и даже ежу понятно, что это не просто так! Скорее, выходите отсюда, нужно спасаться!

Старший брат повёл плечами и откинулся назад.

— Я-то думал, что мы с тобой хорошие приятели, Джо, — веско произнёс он, — и я думал, что тебя не волнуют эти дурацкие капитанские разборки с его богатыми пассажирами. Разве ты не понимаешь, что им просто нужно потешиться, снова показать, какие они умельцы и мастера на все руки? Я не собираюсь вести деда в этот холод, даже идиоту ясно, что это обычная… бессмысленная тревога!

— Не стали бы людей в такой холод никуда выгонять! — вступилась за брата Бетти. — Пожалуйста, — она склонилась к родителям и схватила их за руки, — пожалуйста, мама, папа, нам надо выходить, нам надо выходить отсюда!

В глазах миссис Дойл мелькнуло сомнение. Казалось, что она медленно начала трезветь: взор её обострился, но твёрдости в нём по-прежнему не было. Миссис Дойл протянула руку и потрогала плечо мистера Дойла, как будто пыталась убедиться, что тот ей не кажется.

— Корабль тонет? — задумчиво повторила она. — Тонет? Разве же такое возможно?

— Нет, разумеется! — грянул старший брат и затопал колоссальными ножищами. — Разве же не понятно, что это всё враки и пустая паника?

— Это не…

— Слушай, малыш, — доверительно-покровительственным тоном произнёс он и склонился к Джо, — ты же и сам должен неплохо себе представлять, что такое этот корабль. Ты много кого знаешь на его борту. Я же знаю больше, — сказал он, и Джо обдало прокисшей спиртной вонью, — куда больше, чем ты. Я общался с людьми, которые этот корабль строили, и вот они мне сказали определённо: его никто не потопит: ни господь, ни дьявол, ни они оба вместе. Какой же мне тогда смысл подниматься с тёплого местечка и лишаться такой славной компании? — он показал на мистера и миссис Дойл и слегка покачнулся, заваливаясь на бок. Его щёки медленно заливала огненная краска.

— Никому не потопить корабль! — гулко сообщил младший брат, и его грудь сотряслась от икания. — Никому! Подтверждаю!

Вслед за этим он повесил голову, откинулся назад и звучно захрапел. Миссис Дойл с волнением и растущей подозрительностью осматривала собеседников, её грудь тяжело вздымалась. Она медленно, осторожно, как кошка, поднялась и застыла. Её руки были стиснуты у самой груди, встревоженно переплетённые пальцы побледнели, как и щёки.

— Тонет? — переспросила она снова.