— Серафина?

— С Энн что-то случилось.

Формулировка, конечно, вышла отменная, самое то, чтобы за доли секунд вогнать мать в панику из-за страха за свое дитя, но других слов не нашлось. Я действительно понятия не имела, а что собственно произошло, и почему девушке было плохо. При виде округлившихся глаз Элизы волна стыда начала пересиливать первый испуг и недоумение. Хозяйка единым движением обошла меня и быстро пробежала в спальню дочери.

Мне оставалось лишь вернуться в собственную комнату в надежде, если не уснуть, то хотя бы дождаться каких-то результатов, но Энн не проснулась. Ни тогда, ни утром, ни в следующую ночь, словно блуждание в грёзах забрало все ее силы.

Пограничье

— Генерал Данган, к вам пришла Ив.

Подчиненный заглянул ко мне в палатку без предупреждения и надлежащего регламента, но меня это не смутило и не разгневало, наоборот, новость эта была столь долгожданной, что я едва не начал приплясывать. Первая встреча с племянницей спустя много лет после ее бегства вышла настолько отвратительной, что я мог лишь надеяться на внимание Ив. Мне казалось, что компромисс, найденный мной в отношении ее госпиталя в столице, немного сблизит нас, и племянница поймет, что я ей не враг, но Ив за прошедшие годы закалила свой характер. Всеми правдами и неправдами я выбил возможность сохранить суверенитет ее маленького замка, наполненного больными и ранеными со всего Кадата, но никак не мог повлиять на то, что творится в городе. Поэтому, утопая в чужой боли, крови и смертях, она, может, и была бы благодарна мне за поддержку, но точно не сейчас, и даже просто увидеться отказалась, передавая послания через посредников.

Сослуживцы увели меня от лагеря, сославшись на то, что Ив боится подходить к отряду, и я это понял. Это звучало правдиво и логично, даже когда мы направились в сторону старого поместья, когда-то принадлежавшего семье Кейн. Сейчас, насколько я знал, его заняли Блэквуды, устроив свой госпиталь прямо в стенах дома. Именно оттуда ко мне якобы пришла племянница. На вопрос «как она попала в поместье из столицы?» я просто закрыл глаза. Мало ли какие секреты спрятаны в этой древней обители, наши телепорты здесь не работают, но, возможно, темная магия справляется с ними без труда.

— Не слишком ли близко мы прошли к особняку?

Я старался идти тихо, как и остальные. Всего пара человек вели меня сквозь лес, еще пара обещали не пускать сюда никого, пока я веду «переговоры». Один из сопровождающих с хитрецой посмотрел на меня.

— Боитесь, что до нас доберется тот призрак? Кровожадный убийца, вызванный чьей-то грязной магией из самой бездны! Кажется, это о нем рассказывают?

— Вы уже и историю ему придумали? Это просто хороший воин, скрытный и мастерски владеющий своими клинками, только и всего.

Второй, вдруг остановившись, огляделся и кивнул на заросли впереди.

— Точно, это место. Мы подождем вас.

— Спасибо.

Без тени страха я шагнул вперед, надеясь увидеть родное лицо, поговорить и, может, обнять свою племянницу, единственную, кто остался из всей нашей когда-то обширной семьи, но тут силок, незаметный в траве, вдруг дернул меня за ноги и, свалив на спину, вытянул вниз головой над землей. Цепкая рука тут же сорвала с шеи защитный амулет, а с кисти — фамильные часы, ограждавшие меня от чужого ментального влияния.

— Впервые хочется, чтобы этот призрак нас нашел как можно скорее.

Пытаясь осознать произошедшее, я беспомощно болтался на веревке, словно рыба, вытащенная из воды. Ладонь потянулась к ноге, чтобы освободить себя магией, но чужой удар в солнечное сплетение выбил из меня дух. Кровь прилила к голове, еще один кулак пришелся в скулу, а за ним дождем посыпались новые удары по всему телу, не давая мне даже вдохнуть. Закрыв затылок руками, я попытался воззвать к совести сослуживцев, что, будто озверев, били меня, словно грушу.

— Что вы творите?!

Кто-то резко дернул меня за волосы, заставляя остальных остановиться. Сквозь красную пелену боли я увидел искаженное ненавистью лицо.

— Достойный суд над тем, кто защищает темных. Ты выродок, и бегство твоей шлюхи-племянницы должно было лечь клеймом и на тебя, жаль, король не поверил, что ты такой же предатель, как и она. Нам приходится разгребать это дерьмо за ним.

Послышался плевок и спустя мгновение висок словно облили кипятком. Сознание оставило меня, вернувшись только значительно позже, когда ветка дерева, удерживавшего веревку, надломилась и уронила меня в кустарник рядом. Инстинктивно постаравшись зарыться глубже в стебли, я пропустил момент, когда передо мной возникла высокая женская фигура. От гематом глаза заплыли, и я едва ли мог разглядеть ее, но отголоски некроса, окружавшие ее, сообщили мне достаточно.

— Уходи… уходи… они могут быть рядом…

Губы едва двигались, но я надеялся, что девушка меня поймет и прислушается. Тяжелый всхлип вырвался из моего горла, рот наполнился кровью. Мягкий, спокойный голос послышался за пеленой шума в голове.

— Мом, это ты сделал?

— Если бы это сделал я, то он был бы уже мертв. Добей его уже и пойдем, мы слишком близко к лагерю.

— Погоди.

Юноша в коротком плаще на одно плечо вышел из тени, сжимая в руках черные клинки. Увидев его, я готов был поклясться, что это и был тот самый «призрак», бесшумно принёсший смерть множеству моих ребят. Смесь злости и отчаяния накрыла меня тяжелой ношей. Я не раз видел работу этого парня и потерял немало сил, пытаясь его отловить, но сейчас я не понимал, что мне стоит сделать. Я ненавидел этого темного, но вместе с тем… кто я был такой, чтобы его осуждать? Меня попытались убить собственные сослуживцы и намеренно оставили в лесу, чтобы этот «призрак» смог уничтожить меня за то, что я близко подобрался к его дому.