– Пока все, что ты говорил, оказывалось правдой. Поверю и в великолепный отдых. Ведь уехать, чтобы снять квартиру в Севастополе я могу в любой момент.

Я почему-то обрадовался. Вышел на улицу, достал сигарету, размышляя о дальнейших действиях. Интересно, к кому же попроситься? Может, к Валере?

У него палатка хорошая, еще советская. Пропитанный брезент.

Вернувшись, я застал картину маслом. Лена съела половину тарелки и в изнеможении полулежала на стуле.

– Я сейчас лопну!

– Пойдем, обжора! И приз мой не забудь.

– Погоди. А что с милицией? Вдруг я им понадоблюсь?

– Странно. Понадобишься – по телефону вызовут в город. Кстати, что украли? Много ценного?

– Одежда, обувь. Фотоаппарат.

– Дорогое всё?

– Так…

– Ладно. Найдут – хорошо. Не найдут – пусть у них повылазит, ворюг. В любом случае – умнее будешь. «До речi», перед отправкой в место обетованное, нам надо заскочить на базар.

– Это ещё зачем?

– Как минимум купить тебе сланцы с купальником.

– Слушай, точно. Я и забыла совсем, что из вещей у меня то, что сейчас на мне.

Мы вышли, но я решил отказаться от базарной идеи, вспомнив их постоянный, не меняющийся годами ассортимент. Вместо этого, экстренным совещанием было решено сделать «пробежку» центральными улицами города. В первых двух магазинах, потеряв полтора часа, я понял, что этот прекрасный план пошёл прахом. Такая, казалось бы, простая идея – купить себе необходимый минимум, внезапно превратилась в Договор с дьяволом, с его дополнениями, уточнениями, спецификациями, тендерными условиями, объяснительными записками…

– Нет, мы не будем брать эти туфельки.

– Почему это?

– Потому что тебе максимум, что понадобится – сандалии.

– А я хочу эти.

– Тебе в них просто негде ходить будет!

– Тогда вот это платьице.

– Поверь мне, возьми вот эти шорты вместе с парой вот этих футболок.

– Не хочу. Они… какие-то никакие.

– А какие они должны быть?

– Ну… весёленькие.

– Вполне достаточно того, что они натуральные.

Наконец, спустя два часа и три магазина, я был отпущен на волю. Монотонным, севшим голосом, я пытался объяснить очевидное:

– Нет, фен тебе не нужен. И утюг тоже.

– Это еще почему?

– Потому что тебе некуда их будет включать.

В руках у меня материализовалась пара внушительных пакетов. Я не знал и половины того, что в них лежало.

– Нас уже заждались. Я ведь толком даже не объяснил, куда пропал.

– Хорошо, – Лена критически посмотрела на покупки, – самый необходимый минимум… Хотя…

– Нет! Ты вполне неплохо подготовилась.

– Раз так, поехали.

Вот так. Третий раз за сегодня еду по одному и тому же маршруту. Интересно, с какой попытки у меня получится, наконец, доехать?

Добравшись до Балаклавы, поторговавшись на пристани, мы загрузились в плавсредство, и, не успев выйти из бухты, были пойманы телефонным звонком.

Пуся.

– Да, дорогой, слушаю.

– Ну и что это все означает? Приехал, уехал… А нам тут думай – что с тобой, как… Ирина Владимировна волнуется. Еда остыла. Ты в порядке?

– В полном. Везу вам сюрприз, – я подмигнул спутнице.

– Когда будешь?

– Минут через двадцать.

– Хорошо. Мы тебя встретим.

– Волнуются? – Лена с интересом осматривалась.

– Не знаю, как все, – я хохотнул, – а Ирина Владимировна уже извелась вся. Она у нас женщина ответственная. Удивляюсь, как это её мужу удалось так долго противостоять ее напору и два часа не звонить мне.

– А это что? – она показала рукой на провал в скале.

– О-о-о! – перебивая тарахтение мотора, вначале закричал я, потом передумал, подсев ближе, – это бывшая база подводных лодок.

– Да ладно! В скале, что ли?

– Ага. А что тебя удивляет?

– Ну… Как-то странно. Плюс трудно, наверное, скалу долбить. Она ведь большая внутри?

– Большая. Зато удобно, смотри. В залив лодка заходит, и сразу, не всплывая, на базу. Раньше ведь спутников не было. Так что, кто, когда, куда поплыл – неизвестно. Идеальное место. Глубина здесь всегда была приличная…

– Слушай, красиво здесь.

– А то! Вон там, за поворотом, – я ткнул рукой, – Фиолент. А вон тот выступающий мыс называется Айя.

– Странное название.

– Это что-то от греческого. Вроде бы там хоронили своих предков, поэтому он считается святым. А ещё, на отвесных скалах Айя и Сарыча, который находится чуть дальше, гнездились стимфалийские птицы. У тех были медные клювы с когтями и перья из бронзы, которые они роняли на того, кто на них нападал. Это были остатки, которых не добил Геракл, выполняя третий свой подвиг. Птицы прилетели сюда, спасаясь от него, из Греции.