без потерь осуществляется,

составляя одно пространство с хозяином,

становясь его воздухом,

звуком,

тенью,

что кажется, будто живешь с привидением,

ешь с привидением,

спишь,

одними думами мыслишь,

в общем живёшь с невидимкой душа в душу —

живая с заблудшей,

усопшей,

с того света притопавшей,

нимало не ведая,

что невидимка та соседских рук дело.

***

Всё слезы…

И одна-единственная лампочка в подвале,

тускнеющая от боли,

разгорающаяся от созидания.

Я на диване.

Надо мной потолок.

В нем зачинается мироздание,

разбегается кровоток.

Разверзнется камень,

объявится небо,

оно надо мной,

оно вне пределов,

оно не предаст,

не обманет,

не кинет,

руку подаст,

нежно обнимет,

и поведет по пути наяву —

пути гения

любви —

пути моему.

***

две фурии, или love is

курили две фурии —

одна в затяжку,

другая – поверхностно,

болтали о чем-то чудесном,

на языке одним им известном,

я было уши развесила,

но не успела разобрать и звука,

как одна фурия слева,

другая справа

зажали меня

и откусили каждая по уху,

разжевали и выплюнули,

я ни разу не расстроилась,

я собрала ушную кашицу,

слепила новые раковины

и к голове приляпала,

теперь я понимаю не только русский,

но и фурский,

говорить, правда, не говорю,

но язык высунула,

жду…

***

Я не одна.

Со мной повсюду голоса,

болтающие без умолку,

точно на ярмарке —

тщеславия?

не исключаю,

тот же кич,

те же борьба за бумажный трон,

возня с гусиным пером Жар-птицы,

хождение индюками,

подскоки петухами,

танцы голубями

и бог весть ещё каких птиц сатурналии,

где я —

кто?

царица

черная курица

жрица,

внутри которой копошатся подданные лица,

жители Ксекрополя,

столицы мира ее,

по которому я разъезжаю не иначе, как на огненной колеснице,

запряжённой тремя белыми львицами.

***

Снилось небо…

Я пыталась допрыгнуть до него.

Никак.

Треснули подошвы от потуг,

пятки отколочены в синяк.

Никак.

Придётся брести до реки,

в ней мы точно станет с небом близки.

***

в правой – резак,

в левой – тесак,

перед глазами – мрак,

я тесак во мрак вонзаю,

резаком из мрака свет вырезаю

***

Как найти человека?

если видел его только раз —

мимолетно

на парапете

под звуки причудливых фраз,

бродивших бездомно в пространстве,

не зная к кому примкнуть,

в чьё сердце проникнуть страстно,

чьими устами шепнуть:

"так вот ты какой, безымянный!

так вот кем я годы жила,

взывая к тебе ежечасно,

не насыщаясь ничем сполна;

так вот ты какой, долгожданный! —

простой,

поднебесный,

земной,

совершенно понятный,

совершенно мой".

***

Лицо меняется ежедневно,

превращая меня во что-то иноземное,

в какую-то сущность чужеродную,

то ли входящую в меня,

то ли жившую во мне от роду

испокон веку

под страшным секретом

богов,

схоронивших сущность в моих чертогах,

которой, видно, пришла пора

выступить из угла,

став мной навсегда.

***

Проходить весь день голой

по городу

одиноким пешеходом.

Одеться в листву

и сбросить ее на ходу.

Примерить реку

и развеять её с разбегу.

Укутаться в ветер