Шрифт:
— Ну, так иди, коль муж, — хитро посмотрела, потом произнесла, — ждёт она тебя.
«Ждёт?» — удивлён.
— Держи, — Надежда Николаевна достала из холодильника банку и протянула мне, — квас холодненький. После парилки — самое то. Я вам пока с собой соберу еды. Питаться нужно лучше твоей Маше, уж больно худенькая… — и что-то ещё неразборчиво пробубнила под нос.
Но переспрашивать не стал. Кивнул благодарно и быстро направился в баню.
Моя девочка, завернутая в полотенце, сидела в предбаннике (или, скорее, это зона отдыха, даже кушетки стоят). Она подняла на меня свои дымчатые глаза: взгляд взволнованный, дыхание частое, а сама заметно дрожит…
«Это то, о чём я думаю?».
Поставив банку с квасом на имеющийся здесь небольшой столик, я присел возле моей красавицы на корточки.
— Маш… — неожиданно для себя растерялся, хотя ясно, для чего позвала. Чуть ранее я обратил внимание: что-то в ней изменилось, правда, не придал этому значения, вернее — собирался выяснить позже. — Давай помогу тебе помыться?
— Подожди… — она вцепилась в мою руку, когда хотел встать и раздеться. Глубоко вздохнула, а затем отпустила края полотенца, позволив тому съехать вниз.
Уставился на красивую грудь, торчащие розовые сосочки, плоский животик, треугольник коротких волос на лобке, но стоит развести ноги — можно увидеть, что там всё гладко выбрито и есть небольшая родинка, а какая Маша на вкус… м-м-м… обалденная… неповторимый потрясающий аромат, действующий, как афродизиак…
— Ты уверена? — в данный момент беспокоит её самочувствие.
— Да… — сама потянулась ко мне.
Дважды просить не нужно. Быстро избавляюсь от одежды. И уже ничто не мешает наслаждаться моей женщиной…
Жадно впиваюсь в сочные губки, не сдерживая рвущихся блаженных звуков. Как же я хочу её… до одури, до умопомрачения… болен и одержим…
Она отвечает с не меньшим напором, со всей отдачей, зарывается пальцами в мои волосы и тянет на себя. Укладываю Машу на кушетку, стараясь не задеть место укуса.
А теперь ласка, много испепеляющей ласки…
Разрываю поцелуй. Путешествую вдоль шеи вниз, к груди, похожей на наливные яблочки. Поочерёдно втягиваю в рот соски, играя с этими упругими горошинами, щипаю до лёгкого покраснения. Моя девочка сладко постанывает от каждого дразнящего движения языка. Выгибается навстречу губам, обхватывая меня за затылок — этот жест расцениваю, как «продолжай, не останавливайся».
Пальцами скольжу по влажным складочкам… о-о-о… Как тут мокро, горячо. Манит, соблазняет, приглашает войти, но я ещё не вкусил нежную плоть.
Что и делаю… Устраиваюсь лицом между стройных ножек. Маша шире раздвигает их, максимально открываясь для меня. Нетерпеливо двигает бёдрами. Только от одного этого вида готов кончить…
— Девочка моя… — тащусь от уточнённого женского запаха, голова плывёт в пьянящем ощущении, а эмоции зашкаливают от осознания того, что всё происходит в реальности.
— Руслан… а-а-а-а-а… — она содрогается от оргазма, трясётся всем телом, потягивается, как кошечка, прогибаясь в спине. И почему-то так кажется, будто впервые испытала это. Со мной.
Как же всё-таки прекрасна удовлетворённая женщина. Любимая, что важнее вдвойне.
«Щёки раскраснелись, губы припухли, глаза сияют лихорадочным блеском, губы расплылись в блаженной улыбке» — выглядит довольной до невозможности. А как смотрит! Умоляюще! Словно молчаливо просит «ещё, ещё, ещё, хочу ещё…».
Не даю моей красавице выдохнуть. Подтягиваю к себе за попу. С победным возгласом врываюсь в её жаждущее разгорячённое тело, становясь, наконец, единым целым.
— У-у… — шумно вдохнул воздух. Когда ощутил, насколько туго, плотным кольцом, лоно обнимает меня, такая волна сумасшедшая накатила, как цунами, как ураган, как лавина…
Надолго не хватит.
Застываю на несколько секунд. Потом начинаю медленно двигаться, постепенно наращивая темп. Склоняюсь над Машей, засасываю губы, а её руки завожу над головой, удерживая за запястья. Она обхватывает ногами мой торс и тоже двигается в такт заданному ритму. Стонет с придыханием прямо мне в рот, «крышу сносит» от этих звуков, которые как сигнал — скоро накроет второй оргазм…
Ускоряюсь. Вколачиваюсь в неё с безумным натиском. Больше не могу оттягивать самый приятный момент. Несколько движений и взрываюсь, изливаюсь мощной струёй. Маша кричит подо мной, вновь содрогаясь, а интенсивные сокращения её плоти выдаивают из меня всё до последней капли.
— Люблю тебя, девочка… Теперь ты понимаешь, что моя. Моя навсегда… — шепчу на ухо и опять целую…
12.1
Ева-Мария
Я люблю саму мысль вновь любить, отдаваться без остатка, растворяясь в любимом человеке, заботиться о своём мужчине, сделать счастливым, быть опорой и поддержкой. А когда-нибудь смогу ответить взаимностью, когда-нибудь скажу ему «люблю!», чувствуя всем сердцем бесконечную нежность, когда-нибудь рожу сына, когда-нибудь прошлое забудется полностью, оставив место тихому семейному счастью — простому и понятному…