– А потом меня просто смело, я серьезно! Даже ничего не успел сделать. Тупо затухшая свеча, – эмоционально жестикулируя, ворчал Флейм.

Вокруг его коротких рыжих волос едва заметно полыхали огненные сполохи. Раньше они были ярче и ощутимее для окружающих, но со временем огневик научился себя контролировать. Думаю, скоро это и вовсе перестанет быть проблемой. Маги огня, особенно темпераментные, долго сражаются сами с собой за «нормальный» внешний вид.

Инесса и Сэм тихо хохотнули, а Рамона насмешливо хмыкнула.

– Ну, неудивительно. Особой изворотливостью ты не отличаешься.

Не съязвить львица не могла.

Флейм оторвался от своего рассказа и обернулся к ней, опасно прищурившись. В глазах обоих полыхало веселье и любовь к конкуренции.

– Ты это мне сейчас?

Оборотница показательно осмотрелась и развела руками.

– А кто тут еще мог так позорно провалиться?

– Если ты не забыла, я всегда одним из первых нахожу магией рожденных на вызовах. Возьми слова обратно, – упрямо потребовал парень, едва не притопнув ногой.

Скрывая смех, Инесса прикрыла рот ладошкой и отошла ближе ко мне. Рассмеяться сейчас вслух означало стать причиной нового спора. Отстаивать свое безразмерное эго Флейм любитель.

– Да ни черта! Тебе не помогают даже все эти спецэффекты. Я обгоняю тебя на раз-два, – фыркнула львица, закатив насыщенные зеленые глазища.

Вертикальные зрачки в них то сужались, то снова раздувались, как у кошки. Девушка села, закинув одну ногу на парапет, и теперь задорно болтала второй в воздухе. Эти небрежная поза и настрой распаляли огневика еще больше.

– Это ты мне сейчас какую из своих влажных фантазий рассказываешь?

Я прикусила губу и с улыбкой покосилась на мужчину за спиной.

Ардоган встал позади, позволив мне откинуться на его грудь, и с забавой наблюдал за моими друзьями. Он всегда выглядел спокойным, но именно сегодня это спокойствие не было показательным. Я научилась различать. Инфернальные глаза приобрели самый мягкий оттенок черного, а густые ресницы слегка опустились, создавая расслабленный прищур. Строгое волевое лицо словно посветлело и разгладилось.

Мне нравилось видеть его таким — беззаботным и домашним. И приятнее всего было знание, что причина — я.

Не знаю, что будет дальше, но эти несколько дней навсегда останутся в моих сердце и памяти как лучшее, что со мной происходило. Еще ничего не делало меня такой живой и сильной.

Дверь в здание ордена неожиданно громыхнула так, что пошла вибрация по выстеленной под ногами плитке. Во дворе тут же стало тихо. Я вздрогнула и резко обернулась в сторону звука. Нервы натянулись как струна. Учитывая последние события, любая новость могла стать роковой.

Притихшие орденовцы вдруг начали расступаться. От всеобщего напряжения потяжелел воздух.

Я переглянулась со взволнованной Инессой и медленно встала. Сверху открылся лучший обзор, и стало видно мчащуюся к нам на всех парах Антандру.

У меня внутри все похолодело. Если гнев колдуньи — это для ордена уже дело привычное, то вот чистое бешенство на лице обычно уравновешенного Ракарда серьезно беспокоило. Жнеца практически невозможно вывести из себя.

Информация, которую на нас сейчас выльют, точно не будет приятной.

Сильные руки едва успели отодвинуть меня в сторону. Сестра подлетела к Ардогану и, едва не наступая ему на носки, почти прорычала в лицо:

– Так и знала, что от вас будут одни проблемы! И только попробуй сказать, что не был в курсе!

Некромант озадаченно нахмурился и перевел взгляд на мужчину за ее спиной. Ракард обхватил плечи Антандры и мягко оттащил ее в сторону. Подоспевший за ними Ксафан осторожно коснулся поясницы девушки лапой.

– Что происходит?

– Это ты объясни мне, что происходит, – понизив голос, жестко потребовал жнец.

Его тяжелая аура окутала нас холодной изнуряющей волной тьмы. Ардоган от него не отставал — защищаясь, он тут же метнул в него такую же предупреждающую волну.

– На наш корабль напали корабли твоего народа. Прямо сейчас они окружили его и удерживают на месте, подбираясь ближе.

Некромант сузил глаза и на мгновение задумался.

– Что за чертовщина? Они бы не стали этого делать. Нет повода.

– Думаю, есть, – огрызнулась Антандра. – На том корабле сейчас находится принадлежащий Земле древний артефакт. Его везли в орден.