«Это же Молот!»

« Чёрт, ты только посмотри на них. Неужели все мужчины в Северном Клане такие? Если да, то я готова стать нижней и отправится в Дуйстрэн».

«Это она? Она? Это его наречённая? Красивая!»

«Посмотри на Сэта, блять, он стал ещё секусальнее!»

«Блять, у Кары охуенная задница, не будет она наречённой Рикардо, я бы засадил ей. »

«Я слышала, что в этом году Северный Клан намерен развязать войну с Западным Кланом!»

Шёпотом доносился со всех сторон, и больше смахивал на шёпот Ада, или демонов, что осматривают свои новые жертвы.

Через несколько минут мы подходим к парадной лестнице, останавливаемся перед членами Исстара, и делаем низкий поклон, высказывая уважение.

– Suntem ^inc^antati sa salutam membrii clanului de Nord si liderul sau. Bine ai venit*, – провозглашает уже знакомый мне глошатый, и все члены Исстара делают ответный поклон.

– ^In numele clanului de Nord, vreau sa-ti multumesc pentru ospitalitate, – говорит Дэн, слегка склоняя голову в бок.

– Надеюсь, что вы добрались без происшествий. И все твои люди в порядке. Сейчас вокруг царит не самая спокойная обстановка, мы усилили охрану по периметру и у границ. Грядёт буря, это очевидно. Вот только когда именно она обрушиться на всех нас – неизвестно. Поэтому прошу Вас, всех Вас, быть крайне внимательными. Здесь, вам ничего не угрожает. Но расслабляться не стоит, – отвечает мужчина, кидая на меня быстрый взгляд. А Дэн намерено раздражённо выдыхает, и цокнув языков, говорит:

– Если Ваши задницы так боятся Западного Клана, то мне глубоко поебать на этих ублюдков. Хотят войны? Пусть нападают. Я с радостью приму бой, брошусь в самое пекло, чтобы лично перерезать глотку Адаму, чтобы показать его шавкам, где их истинное место, и что они – ничтожество. Я не собираюсь прятаться за вашими спинами. Мне похер на приказы, я не подчинюсь Вам. И ты знаешь это. Передай Тауэириану, что мне не нужна его защита. Мои люди в состоянии защитить себя сами. Да и я, знаешь ли, не беспомощный инвалид. Я смогу защитить себя и свою наречённую. Разговор закрыт. И я не стану извиняться за свои слова. Ты ведь знаешь, что я прав. Знаешь, но всё равно, блять, продолжаешь нести ту чушь, которую приказывает тебе мой отчим. И знаешь, меня тянет блевать, потому что все вы, – Дэн обводит рукой всех членов Исстара. – самые настоящие шлюхи. Только вместо задницы, подставляете нечто иное. Так что будь добр, замолчи, хотя бы из уважения ко мне и к моим людям. Помои, что льются из твоей пасти, омрачают мне, и без того хуёвый, день. Мы сильно устали с дороги, и нам нужен отдых перед аудиенций.

Пока окружающая нас толпа удивлённо вздыхала, я старалась держать свою лживую маску, старалась не дать челюсти упасть вниз. Ибо… Какого, мать его, хрена?! Дэн буквально рычит, вкладывая в каждое слово столько злости и яда, словно слова мужчины искренне разозлили его. Привели в бешенство, разбудили зверя, что мирно прозевал во тьме. Он сжимает мою руку так сильно, что она начинает неметь. Я слышу его голос, больше смахивающий на звериный рык, и стараюсь унять дрожь во всём теле, стараясь делать вид, будто ничего такого не происходит. Что так и должно быть. Хотя на деле никто не имеет право разговаривать так с членами Исстара в таком тоне, и переходить на неформальное обращение. Особенно на публике. Это запрещено. Это карается, и очень жестоко. Однако, Дэну видимо, плевать, раз он так спокойно говорит об этом. Я кидаю быстрый взгляд в сторону, и замечаю по левую руку от меня Райли и остальных. Они так же, как и Дэн, прожигали членов Исстара ненавистными взглядами. Словно свора диких зверей.

Вокруг повисла гробовая тишина. В воздухе буквально летает шлейф из смеси напряжения и страха. Обстановка слишком напряжённая. Одно резкое движение и эта бомба рванёт. Глошатый шумно выдыхает, и скалиться, словно сдерживает себя из последних сил. Он сжимает правой рукой трость, опирается на неё и обведя взглядом толпу, останавливает свой взгляд на мне. Я же едва заметно вздрагиваю, и тут же мысленно ругаю себя. Нельзя. Нельзя бояться. Только не сейчас. Я сглатываю подступивший к горлу ком, и вздёргиваю подбородок, стараясь смотреть на мужчину так, словно он – дерьмо. Представляю сотню отвратительных картин с его участием, и понимаю, что улыбаюсь в ответ. Но это не просто улыбка, нет. Это оскал психопата, который увидел свою будущую жертву. Я чувствую, как неприязнь растёт в груди, как напрягается моё тело.

– Однажды, ты получишь по заслугам, Молот. Тарианна, я рад приветствовать тебя. Рад, что ты наконец-то заняла своё законное место. Прошу, чувствуй себя, как дома, – говорит Глошатый, слегка склоняя голову в сторону. Я вижу в его взгляде насмешку и долю иронии. И понимаю, что он смотрит не на меня, нет. Он смотрит в мою душу. Блять. Он знает. Знает, что я представляю, из себя, знает, что я играю. Он видел мои слабости, мои слёзы и панику. Он – угроза. Однако, будь он личной шлюхой Дариана, которая докладывает ему обо всём, то меня бы сейчас здесь не было бы. Он знает, но держит это в тайне. Но почему… Почему не спешит делиться этим с остальными? Почему молчит? В чём его выгода?

– Благодарю, – отвечаю я. – Но мой дом не здесь. И я никогда не буду чувствовать себя здесь уютно и безопасно.

– В таком случае, где же твой дом, Тарианна? – спрашивает мужчина, ухмыляясь. Я чувствую, как рука Дэна сжимает мою сильнее положенного, тем самым приказывая молчать. Больно. Но нет. Не сегодня. Я знаю, что от меня требуется и уверена, что мой ответ удовлетворит окружающих.

– Мой дом там, где рядом Молот. Молот – и есть мой дом. И только рядом с ним, я обретаю покой. Я благодарна Вам за гостеприимство, но мой дом не здесь. И никогда это место не станет мне домом. Всё здесь пропитано страхом и алчностью. В воздухе пахнет гнилью и кровью. Это место красиво, безусловно, самое красивое, что мне довелось увидеть. Но здесь никогда не будет уюта. А теперь, уважаемые члены Исстара, мы бы хотели отправиться в свои комнаты. Мы все устали и нам требуется отдых перед аудиенцией, а ваши пустые и показные уважительные речи и жесты – задерживают нас. Если вы хотите что-то обсудить с нами, сделайте это, пожалуйста, после аудиенции, – отвечаю я, не смея отводить взгляда от глаз мужчины напротив. Не сейчас.

Я смотрю на него, и понимаю, что не боюсь его. Нет. Мне не страшно. Адреналин скачет в крови, прибавляя уверенности и смелости. Вокруг вновь поднялся гомон толпы. Сбоку от меня послышался чей-то удивлённые свист, а некто даже похлопал меня рукой по спине, как бы говоря: «Так держать». Кажется, остальные члены команды тоже весьма приятно удивлены. Неужели они думали, что я буду молчать? Если да, то они ошибались. Сейчас мне плевать. Моя злость, раздражённость и отвращение не поддельные. Я разбита и сломлена, и чертовски опустошена. Мне нужно… Необходимо выпустить свою гниль наружу, пускай и с помощью слов, чтобы она не уничтожила остатки разума.