Хоть ребята и замерли в нерешимости, с их лиц не исчезла улыбка.

– Прости нас, – заговорил Ильнар, как самый старший. – Мы считали, что всё нормально. Но ты с каждым днём отдалялась, и тот разговор убедил меня, что мы плохо поступили…

– Знаешь, – Рим ткнул пальцем в её плечо. – Можешь дуться на нас, но мы никуда не уйдём, пока ты не станешь прежней! Сдавай! – он упал на кучу ковров. – Нельзя остаться здесь навечно!

– Можно! – возразила Киартана, но уже не была уверенна в своих словах.

Аластор сдал всем по карте.

– Об-бъяви, если т-тебе выпал Герой, – пояснил он.

Она нехотя села за стол между Римом и Аластором. Бархатистая карта приятно ощущалась в пальцах. На картинке была изображена чёрная фигура на фоне лунного леса.

– «Разбойник», – прочла она. – Бьёт ночью и со спины…

Она не сразу заметила ту магию, что они создавали своей игрой, но вдруг осознала, насколько живые и яркие истории рассказывают ребята. Они на лету придумывали миры истинных королей и великих героев, которые преодолевали любые трудности на пути к счастью.

– Не нужно просто читать карты, – заметил Рим после хода Киартаны. – Ты должна придумать историю великого героя, связать все вещи и все явления, так, чтобы они сработали.

– У меня не получится… – возразила Киартана.

– П-попробуй! – предложил Аластор. – Стоит т-только начать, и с-сюжет сам выстроится!

Она держала в руках десяток карт и одного героя.

– Разбойник… – начала она. – Но был простым Бардом в мире Великих. – Киартана положила на стол карту Героя и два инструмента, гитару и флейту. – Он любил и был любим, а ещё у него была собака… – Киартана выложила карту платья и пса.

– И? – удивился Рим. – Это всё? А где конфликт? Как он стал героем, и почему разбойником? Того, что ты рассказала недостаточно, чтобы завершить ход.

Она не хотела сразу рассказывать всё, и не знала, как ребята отнесутся к истории, но все хотели услышать, и Киартана переборола страх.

– Он жил в большом городе, где людей делили по классам, – она выложила карту «разделения», – и всегда стремился наверх, – Киартана положила на стол лестницу. – Он взобрался достаточно высоко, чтобы понять страшную тайну. Весь мир опутали сети, и некто сверху следит за всеми. – Киартана показала паука в паутине. – Мой герой был вынужден исчезнуть. – она положила карту звёздного неба. – Чтобы его любимая могла не бояться. Он стал разбойником, чтобы скрыться от вездесущего взгляда паука…

Ребята рассмеялись, начали аплодировать ей за невероятную историю, и Киартана тоже позволила себе улыбнуться.

Совет длился нестерпимо долго. Мастера часто отрывались на чаепития и пустые разговоры, а Мериону уже хотелось скорее вернуться к ученикам. Обсуждения с каждым днём становились всё беспредметнее, а выступления сводились к повторению всем известных фактов.

Мерион узнал о передвижениях Бассов и бедах людей на севере, о решениях Владык и состоянии армий. Маги прибыли с отчётами отовсюду.

Мастер Кани, из Двухглавого Оплота, представлял объемный доклад, но Мерион слышал лишь обрывки фраз, произнесённые с трибуны особенно громко. Его постепенно клонило к столу, в какой-то момент, он вздрагивал, поднимал голову и вновь делал вид, что слушает, и некому было его упрекнуть – все мастера вокруг также боролись со сном.

– Малые города и поселения давно сдались Бассам, – продолжал Кани. – Оплот ещё держится, но люди уже на гране. Бассы открыли всем присягнувшим городам торговые пути, но Оплот остаётся в блокаде. Происходит всё больше размолвок и конфликтов, жители недовольны, что Оплот так и не сдали Бассам. Хранители вскоре не смогут сдерживать гнев горожан!

Бассы не устраивали репрессий или гонений, не убивали и не грабили, и лишь собирали оброк, а в остальном в жизнь людей не вмешивались.

Мастер Хивари из Реардона рапортовал о том же.

– Я свободно проехал на юг по тракту. Бассы заняли поля и леса, но дороги не перекрыли. Местные жители привыкли к оброку, и теперь уже не стремятся на юг, ведь, если подумать, плата в пятую часть всего вовсе и не больше налогов, что собирают Владыки.

Мастера дослушали выступления, и вяло обсудили варианты, но все они сводились к одному – решению Владык о перемирии. Оксифур взял слово:

– Отрадно слышать, что Бассы оказались не столь ужасными. Неизвестно, желают ли они по-прежнему воевать за остальные земли до перешейка, но, раз Владыки договорились о перемирии, мы не станем вмешиваться.

Его слова наоборот образовали в зале бурю негодования, и многие мастера впервые за все дни Совета пробудились от дремоты. Зал загудел роем обсуждений, и даже Мерион перестал клевать носом.

– Как, по-твоему? – обратился Грион. – Лучше шаткий мир, или кровавая война?

– Бассы хотят все земли до перешейка, – ответил Мерион, недовольно наблюдая, как раздор разрывает Орден. Маги спорили всё яростнее, и лишь некоторые сохранили спокойствие. – Они не остановятся, и все эти годы для них – передышка.