– Мне жаль, что тебя пугает схожесть. – Сверр пригубил вина, поставил свою чашу на стол, заваленный чертежами и записями, а сам присел на краешек.

Он никогда не умел сохранять порядок на рабочем месте, когда был чем-то сильно увлечен. Лаверн приходила в лабораторию по вечерам, собирала бумаги в аккуратные стопки, двигала чернильницу на свое место, раскладывала амулеты по небольшим коробочкам и протирала пятна от чернил. Вдыхала сладковатый запах тлена и фиксатора, проводила рукой по обтянутой кожей спинке кресла и успокаивалась. Дрожь в пальцах постепенно утихала, и сердце начинало биться ровно.

Она привыкала к новому для нее значению той комнаты. Затирала воспоминания о боли, заменяя их новыми, волнительными моментами.

Давно. В прошлой жизни.

– Меня мало что пугает теперь. После того, что было.

У вина был привкус лета. Солнца. Малины и меда. А еще надежды, но Лаверн знала: рядом со Сверром все не такое, каким кажется.

– И вот мы здесь, – констатировал Сверр.

– И вот мы здесь, – согласилась Лаверн.

– Мы можем еще долго играть, мийнэ, но я устал. Ритуал, веллово кладбище… Ты в курсе, что в деревне есть парочка неинициированных некромантов? Деревенские девицы редко спрашивают о даре, раздвигая ноги. И теперь их детки поднимают застарелые кости пахарей.

– Эдд сказал, некромант, поднявший их, был заезжим.

– Их папаша был заезжим, – уточнил он.

– Что ж, уверена, ты навел порядок и на кладбище, и в головах хулиганов.

– Зачем ты здесь? – вмиг посерьезнел Сверр, и Лаверн вздохнула. Он явно не был настроен играть. Что ж, так даже лучше. Чем скорее она со всем покончит, тем лучше.

– Отдай мне осколки, Сверр.

Сверр усмехнулся, отлип от стола и подошел к ней. Настолько близко, что она могла разглядеть сеть мелких морщинок в уголках его глаз, чувствовала дыхание на своем виске. Его пальцы скользнули по ее руке от локтя до ладони, удерживающей чашу.

– Ты знаешь условия, – шепнул он ей на ухо.

– А ты знаешь, что я никогда их не приму. – Лаверн отстранилась и заглянула ему в лицо. Высвободила руку и отпила глоток. Вино было терпковатым и сладким, и ей нравился вкус. – И каждый останется при своем. Так почему бы нам не прийти к другому, более выгодному соглашению?

– Выгодному для тебя, полагаю.

– Вольный клан собрал в себе сильнейших магов двух континентов, и они будут драться за тебя, если подаришь мне осколки.

– Хочешь сказать, – темная бровь Сверра иронично приподнялась, – что отдашь мне своих людей?

– Они не пойдут за тобой, если причинишь мне зло. Но если я присягну тебе добровольно, как сеньору… Веллов край – не лучшие земли королевства, но мои люди на многое способны.

– Заманчиво… – Большой палец его руки скользнул по щеке Лаверн, провел по нижней губе.

– Я могу дать больше, – добавила чародейка.

Она расправила плечи, положила руку Сверру на грудь, поддела серебристую пуговицу. Едва заметно коснулась его бедром. С удовлетворением отметила, как потемнели его глаза и изменилось дыхание. Теплые пальцы коснулись шеи, запутались в ее волосах, запрокидывая ее голову. Он склонился к ней и прошептал прямо в губы:

– Этого мало.

Лаверн оттолкнула его и выдохнула:

– Я не надену ошейник! А если Эридор узнает, чего ты требуешь от меня…

– Дело в том, мийнэ, что король в заднице! – перебил Сверр и провел ладонью над огоньком свечи. Лаверн нахмурилась, и он пояснил: – Его дни сочтены, и случай со смертью принца Петера только ускорит падение его династии. Когда это случится, многое в королевстве поменяется, в том числе и взгляд на твою магию. Кто тогда защитит тебя?

– Хочешь сказать, вы планируете свергнуть короля?! – громко удивилась Лаверн, и Сверр зажал ей рот ладонью.

– Не кричи, – велел строго. – Не хватало еще, чтоб змеиный лорд услышал. Он вряд ли что-то изменит, но убить его придется здесь и сегодня.

Сверр убрал руку, и Лаверн отшатнулась.

– Ты в своем уме?! – прошипела со злостью. – Это же заговор! Если Эридор узнает, тебя казнят!

– Тогда тебе лучше помалкивать. Иначе как добудешь мои осколки?

Лаверн одним глотком осушила свою чашу, обошла Сверра и поставила ее на стол. Пробежалась пальцами по бумагам, исписанных неровным угловатым почерком, с десятками формул и рисунков. Какие бесчеловечные ритуалы они в себя хранят? На что еще способен мужчина, которого, как ей казалось, она знала? И ради чего ввязался в столь опасную игру, проигрыш в которой сулит смерть?

– И кто же… – она запнулась и развернулась к Сверру. – Кто оснует новую династию? Волтар Бригг?

– Ты умная женщина, Лаверн, и понимаешь: против Капитула Эридору не выстоять. Его место займет другой маг, лояльный к Атмунду. Этого уже не изменить – процесс запущен несколько лет назад, и обратной дороги нет.

– В таком случае после коронации Бригга Атмунд первым делом избавится от меня.

– Не будет нужды, если сделаешь, как говорю. Это единственный шанс сберечь тебя, мийнэ.