– Я не… – Взгляд соскользнул на все еще лежащую на ладони свирель, рука инстинктивно дернулась, отбрасывая артефакт, как змею. А затем обратился к Матильде, предусмотрительно отступившей подальше. – Тварь!

Рыцари Капитула медленно обходили Лаверн со спины, на лице вороньей дочери было написано наигранное изумление, будто она только что пришла в себя, зачарованная действием усыпляющей музыки. Атмунд смотрел прямо на Лаверн, в глазах его расцветало злорадство.

– Шир-р-ра! – выдохнула Лаверн в его сторону, надеясь, что слово зацепит не только его, но и как можно больше его рыцарей, а с ними и веллову леди Морелл. Верховный усмехнулся, а Матильда отвернула ворот платья, демонстрируя тонкую серебряную кольчугу с явно антимагическими свойствами.

– Я не могу использовать магию, но и твоя меня не достанет, – надменно сказала некромантка и отошла за спины приближающихся к камню воинов Капитула. – Это конец, дрянь.

Нет, не конец. Ей нужно спастись. Ради Ча, ради Кэлвина и остальных, которых возьмут сразу же, как только ее пленят.

Главное, преодолеть заслон из рыцарей, проскользнуть мимо Атмунда, выбраться из пещеры, пока не начался прилив, предупредить, спрятать… Ей нужно спрятать Ча!

Но как уйти, если выход перекрыт? Если она не может использовать силу против противника, как сразить его?!

– Взять ее! – скомандовал Атмунд.

Отступая, Лаверн коснулась гладкой поверхности адуляра, и тот откликнулся на ее страх успокаивающим теплом. Взгляд скользнул к потолку, заплетенному белесыми корнями подземника, прошелся по стенам, останавливаясь на истрескавшемся камне пола, сквозь который пробивались упрямые побеги.

– Защити, – велела Лаверн шепотом, и источник ответил.

Амулет Сверра, надежно спрятанный под лифом, опалил холодом.

Корни на потолке ожили, пробивая свод и обрушивая на противника груды мелких камней. Гибкие побеги цеплялись за ноги рыцарей, опрокидывая тех на пол, оплетая светящейся сетью, проникая в носовые проходы, впиваясь в глаза, заставляя воинов орать и корчиться от боли. Широкие змеевидные стебли пробились с поверхности, обрушивая со свода камни покрупнее. Лаверн инстинктивно прикрыла голову в страхе, что и ее сейчас завалит, но источник верно защищал ту, что была его частью.

Чародейка встретилась глазами с изумленным взглядом Атмунда, взмахнула рукой, а затем сжала кулак, и длинный отросток подземника хлестнул по нему и стоящим рядом с ним рыцарям, отбрасывая к стене. Гренн приложился головой о камень, и массивный шлем соскользнул с его головы. Отросток потоньше обвился вокруг тонкой шеи Матильды, стягивая, лишая возможности дышать. Глаза вороньей дочери расширились, руки впились в неожиданную удавку, стараясь ослабить.

– Сдохни, сука! – искренне пожелала Лаверн и бросилась к выходу из пещеры.

В темноте, без факела, пробираться приходилось на ощупь. Один раз она упала и больно ударилась локтями, споткнувшись о каменный выступ, дважды задела головой растущие из свода сталактиты. Она шла на едва различимый звук прибоя, а за спиной уже слышались голоса преследователей, лязг металла и тяжелые шаги.

Вынырнув из пещеры, Лаверн вдохнула свежий морской воздух, ощутила соленые капли на щеках.

В зарождающихся сумерках море казалось черным, почти смоляным. Начался прилив, и мост покрылся тонким слоем воды. Лаверн побежала по нему, цепляясь окоченевшими руками за влажные веревочные поручни. На середине моста она поскользнулась и упала, больно ударившись коленом о камень. Ладонь соскользнула, и Лаверн почти опрокинулась в ледяную воду, но вовремя схватилась второй рукой за деревянную опору. Сдирая кожу и ногти, она выбралась, но, когда попыталась встать, ушибленная нога подвела, и чародейка рухнула на заливаемый водой камень перешейка. Обернулась и увидела, как из пещеры выходит Гренн с молотом наперевес, а за ним с десяток рыцарей. Горло резануло обидой, отчаяние почти завладело телом, обездвиживая, как вдруг из каменной кладки пробились и потянулись послушные источнику побеги, оплетая лодыжки преследователей и сбрасывая их в ледяные воды моря Убийцы.

Гренн устоял. Он выхватил из ножен кинжал и с остервенением резал путы, пытающиеся его удержать и свалить с ног.

Лаверн уцепилась за веревку и рывком встала.

Нужно бежать. О боли потом. О страхе потом. Сейчас – идти!

Морщась от пульсации в ноге, она преодолела остаток моста и нырнула в коридор, ведущий в замок. Пробравшись в лабораторию и виляя узкими и заброшенными коридорами, по которым давно уже не ходили слуги, добралась до временных покоев, куда так заботливо поселила их леди Морелл.

Распахнув дверь, велела Кэлвину:

– Уходим!

– Велловы кости, что случилось?! – вскинулась Сэм, но Кэл шикнул на нее, поняв все без лишних объяснений.

Выбираться из замка пришлось по тайным ходам, известным Лаверн с той поры, когда они обследовали замок со Сверром. Эрих заговаривал стражников, встречающихся на пути, но скорее всего Сверр забрал большинство людей с собой, а остальные охраняли периметр, так что особых проблем с охраной не возникло.

Выскользнув с черного хода и нырнув в густые заросли утонувшего во мгле сада, они заметили, как внутренний двор заполнился огнями: на них объявили охоту. Лаверн впервые пожалела, что Сверр уехал, хотя сомневалась, что в этой ситуации она дождалась бы от него помощи. После того, как она так глупо попалась, разворотила пещеру, в которой жил его источник, чародейка скорее предположила бы, что он возглавил бы ее поиски. Чтобы потом лично привести приговор Атмунда в действие.

Нет, человека, владеющего этим замком, Лаверн больше не знала.

– Попробуем уйти через лес, – сжав зубы и стараясь не обращать внимания на боль в колене, шепотом сказала она. – Из сада можно выйти к стене, через сто футов справа был лаз, надеюсь, его еще не заделали.

Лаз все еще был. Зарос колючим кустарником, царапающим руки, и запечатан защитной магией. Но все еще был. Лаверн помнила, как он появился. Когда младшие дома взбунтовались против Сверра, лазутчики Крайна сделали подкоп под стеной, и часть ее обвалилась. Магия удержала каркас от разрушения, но проход остался. Сверр хотел заделать его, а затем передумал. Запечатал магией, вывел лес ближе к стене, заплетая поврежденный участок непроходимыми зарослями и сказал: “Если со мной что-то случится, ты знаешь, как уйти незаметной”. Если бы сейчас он видел Лаверн, наверняка пожалел бы о том своем решении.