К самолету подъехало две машины, из одной выскочила Рита, вслед за ней Джонни. А Диего внес Настю на заднее сидение другой машины. И велел ехать к морю.

Было тепло, поэтому они сняли с Насти куртку и обувь, положили на песок, ладони прижали к земле. И сели рядом. Море набегало и иногда доставало до Настиных ступней. Ангел и оборотень тихо беседовали, Диего вводил Габриэля в курс происходящих событий. А Габриэль коротко рассказал про напавших на них ангелов.

Старуха-Мать подошла к лежащей Насте и покачала головой:

— Он совсем тебя не бережет, девочка.

Настя хотела ответить, пошевелиться, но не могла.

Старуха положила ладонь ей на грудь, прямо над сердцем, и зашептала заклинания скрипучим голосом шаманки. Настя провалилась в темноту, вынырнула на поверхности озера и глубоко вдохнула сладкий ночной воздух. Повернулась на спину и посмотрела на небо, где сквозь облака белела Луна. Она ощущала, как воды озера проникают под кожу, бегут по ее сосудам, очищая, даря силы. Ее волосы стали водорослями, а сама она растворялась в небе и воде.

Голос Старухи звучал над ней в ночи, убаюкивая.

— Земная да черпнет силу из земли и воды. Да будет она сильна, волчицы земные и небесные пусть служат ей. Единой пусть будет с огнем, водой, землей и воздухом. Так сказала я, так и будет.

Настя закрыла глаза. Ее сознание растворялось в пространстве воды и воздуха. Она была и не была одновременно. Медленно погрузилась она под воду и мягко легла на песчаное дно. А когда открыла глаза, над ней было голубое небо, ноги лизало море, а тело было полно сил.

Демон почувствовал ее приближение еще до того, как она вошла вместе с ребятами в агентство. Сила исходила от нее волнами, такая притягательная и мощная, что он обернулся. Торжество блеснуло на миг в душе: Мать завершила инициацию, как он и рассчитывал, не выдержала, что он оставил Настю без сил.

Но тут же отвлекся на Риту: ведьма черпала из него силы для своих магических действий. Ильвир лежал, угасая с каждой секундой, Риту трясло все сильнее, она отдавала всю свою мощь, но магия не помогала. Когда Ильвир перестал дышать, она сломалась, из тонкой и нежной фарфоровой красавицы обрушилась на его тело маленькой потерянной девочкой.

— Папа! Папа!

Демон шагнул к ней, чтобы утешить, но Локи опередил его: обнял ее за плечи, поднял, прижал к себе. Рита рыдала, обвив его за шею, доверчиво уткнувшись ему в грудь. И демон чуть кивнул Локи, смотрящему на него с вызовом единственным синим глазом: так и должно быть.

Цезарь в горе спрятал лицо в ладонях, он с Ильвиром прошел длинный земной путь.

В груди демона клокотала ярость и злость на архангелов, на их презрение ко всему во имя высоких целей. В охоте за Настей они переступили все границы. И он им отомстит. Понимая, что еще немного, и черная ярость заволочет его сознание, Самаэль выскочил прочь из агентства, и рык отчаяния прозвучал уже на лестнице.

Итсаску подошла к Насте и сказала:

— Тебе лучше уйти.

Девушка была бледна. По щекам текли слезы, но когда она подняла взгляд на Итсаску, та еле удержалась, чтобы не отступить: в глазах Насти не было нерешительности, неуверенности, страха. Взгляд резал, по-звериному с вызовом смотрел прямо в душу.

— Мне незачем уходить. Ангелы охотятся за мной, но моей вины в этом нет.

Рита обернулась на ее голос. Ведьма и Настя встретились взглядами.

— Мне жаль, Рита, искренне жаль, что он погиб. Поверь, я сделаю все, чтобы отплатить ангелам за то зло, что они причинили.

Рита кивнула.

— Спасибо, земная. Я с тобой.

— Что еще за земная? — Итсаску, нахмурившись, сложила руки на груди.

— Покажи ей, — всхлипнув, посоветовала Рита. — Покажи им всем.

Настя прикрыла глаза и почуяла их запах, услышала их шаг и рычание. В комнату вошло три волка. Обнажив желтые клыки, один из них выдвинулся вперед на Итсаску. Вампирша положила руку на рукоять пистолета. На ее лице было написано полное замешательство.

— Я заключила договор с Матерью Волчицей. Я больше не одна.

Настя обняла Риту и вышла вон, даже не взглянув на Итсаску. Волки последовали за ней.

— Это тебе не девочка, которую можно шпынять по поводу и без, — тихо рыкнул Локи. — И мой совет: не связывайся с ней. Обидишь одну волчицу, придет мстить стая.

Настя шла по городу одна. Даже призрак оставил ее в покое, увидев волков. Впрочем, сейчас ее не сопровождали даже звери. В ней было столько энергии, столько сил, что нужно было срочно как-то их использовать. И она вспомнила про спортзал. Пойдет туда, намашется мечом вдоволь, может, сбавит немного обороты, с которыми кровь бьет в виски. Невозможно было поверить, что Ильвир мертв. Несмотря на свой малый рост, он занимал большое место в сердцах агентов. И было несправедливо, что его не стало. Неправильно.