Серые, безликие абсолютно одинаковые коридоры… Тревога все нарастает. Запах дезинфицирующих средств с едва уловимой примесью крови. Яркий, искусственный свет. Двери, двери, двери… исследовательский институт, больница? У окна притаилась, накрытая белой простыней, забытая каталка. Белый, блестящий, облицовочный пластик с кодовым замком на стене. Поворот на лево. Звуки хлопков короткими очередями. Двери, двери, двери… Перед одной, ничем не примечательной, ноги отказываются бежать дальше.

— Нужен код, — тихо шепчет Ксюша, непонятно кому, рядом никого нет.

Яркие четыре цифры вспыхивают на дисплее. Девушка не поверила своим глазам. Дисплей мигнул и выдал новую цифровую комбинацию. Звуки бегущих ног где-то поблизости. Дисплей выдал новый набор. Ксюша, не отрываясь уставилась на циферблат. С пульсацией сердца все новые и новые цифры. Каждая последующая комбинация светиться все хуже. Бегущие перешли на шаг, они совсем скоро покажутся из-за поворота. Один, восемь, шесть, пять — вспыхнули едва различимые цифры и дисплей погас. Из-за угла выбежал здоровенный, стероидовый зараженный…

Ксюша резко проснулась, заерзав на сидении. Сон казался таким реальным, что, увидев окружающую обстановку девушка не сразу поняла, где находится.

— Ты всегда так странно спишь? — на нее пристально смотрел Паяц.

— Странно это как?

— С открытыми глазами, что-то постоянно бубня. Выглядит жутковато.

— Нет, раньше такого не было…

— Ну, может, еще пройдет. У меня для тебя две новости: одна плохая, вторая не очень. С какой начать?

— Давай с плохой, — обреченно выдохнула Ксюша.

— У нас жратва закончилась.

По мнению Ксюши, эта новость не могла быть самой плохой в их положении.

— А не очень?

— А не очень, заключается в том, что мы, скорее всего, сегодня умрем, — усмехнулся он, усаживаясь на кушетку, — падай рядом, будем карту изучать, на тему спасения.

Паяц улыбался, будто то, что будет через час его нисколечко не волновало. Живи одним днем — практически девиз Стикса, и парень неотступно следовал ему.

— Смотри, мы тут, — палец уперся в ничем не примечательную точку, рядом с рекой, — а нам надо сюда, — палец переместился немного ниже.

Расстояние казалось совсем плевым, особенно, если по реке.

— Сделаем плот?

— Ага, из камней, соплей и такой-то матери.

— Но можно же что-то придумать?

— А что тут придумаешь? Берег обрывистый, туда и со здоровыми ногами фиг спустишься, — парень картинно развел руками, — нам бы вот сюда добраться. Там какой-то местный умелец обитал, у него целая коллекция каракатов, от мотоциклетных до переделанных нив. Там по болотам, через брод, вот тут, — его палец спустился ещё немного вниз, уперевшись в место помеченное крестиком. Крюк приличный выйдет, но что поделать…

По прямой это выглядело настоящим самоубийством. Путь пролегал насквозь зараженных пятиэтажек.

— Ты машину водить умеешь?

— Нет, — честно призналась Ксюша. Паяц тихо выругался, закатив глаза, — но папа давал мне, пару раз, за рулем проехаться, по деревне.

— Ладно, это лучше, чем ничего. Тебе придется выйти, поискать машину. Через город не проедем, так что ищи машину с повышенным клиренсом, — Ксюша растерянно улыбнулась, — ох, ты же… Ищи внедорожник, то, что может спокойно проехать по бездорожью.

Сборы заняли не более десяти минут.

Дверь открылась с легким шорохом. Ксюша скользнула в залитое светом пространство, щурясь от солнца. Скорую, в которой, они прятались кольцом зажали другие машины. В минивэне, что стоял ближе всего к заднему бамперу, уставившись в одну точку, сидел обратившийся. Ксюша, присев на корточки, двинулась дальше. Открытые передние двери старого, синего форда сильно мешали, загораживая обзор.

Она не заметила, как в проеме между машинами появился Степан. Здоровенный мужик со скоростью бешеного скакуна бросился на нее. Задетая Степаном дверца больно врезалась о локоть девушки, заставив выронить вилы. Зараженный заурчал. Ксюша метнулась в салон форда. Но здоровяк успел схватить девушку за ногу. Упав на сидение, Ксюша, перевернулась, что есть силы забарабанив свободной ногой по телу Степана. С противоположной двери в кабину полезла щуплая блондинка, с обглоданной щекой. Степан приоткрыл рот, потянув жертву на себя. По лицу Ксюши прошлись наманикюренные, красные ногти. Она выхватила нож, вогнав его под челюсть мужчине. Тот отшатнулся, до конца прорезав мягкие ткани. Из горла хлынула темная кровь.

Блондинка схватила Ксюшу за плечи, укусив в основание шеи. Взвыв, та, крутанулась волчком, упав в промежуток между сидений. Умертвие нависло над ней, получив удар ножом в живот. Розовая водолазка тут же приобрела бурое пятно. Ксюша потянула нож вверх. Из вспоротого брюха повалилось кровавая требуха. Ещё удар и ещё… Сахара успела только прикрыть глаза, как в след за буро-красными ошметками на нее упало все тело.

Помогая ногами, она кое-как скинула с себя мертвеца, метнувшись прочь от злосчастной машины.