Вся местность пришла в движение. То тут, то там слышались неуверенные, шаркающие шаги. Их обладатели то и дело задевали зеркала и дверцы открытых машин.

Одна из припаркованных ближе к мосту тачек противно взвыла включившейся сигнализацией.

Ксюша дернулась в сторону, нырнув в глубокую калию под белым жигуленком.

Она распласталась на земле и, вдруг, мир изменился. Все было как в том сне, будто девушка смотрит на происходящее со стороны. Машина под которой лежала Ксюша, синий минивэн чуть впереди, съехавший в кювет трактор, тело Степана… Картинка начала расслаиваться словно на реальность наложили кадры одного и того же места с незначительными изменениями. Ксюша, попыталась сконцентрировать взгляд на одном обратившемся, как мир взбрыкнул копиями одного и того же пустышка, неизменно, раз за разом покидающего кабтну серебристый мазды и бредущего на звуки сигнализации. На самом краю картинки застыл пустой, милицейский уазик. Девушка попыталась заглянуть чуть дальше, получив острую вспышку боли в висках. Живот закрутило, сердце пустилось вскачь. Ксюша закрыла глаза, и картинка пропала, а неприятные ощущения остались. Казалось, что состояние организма вернулось в первый день пребывания в этом мире.

Она медленно выбралась из своего укрытия, старательно избегая тех мест, где в видении были пустоши.

Серый уазик с надписью: "Милиция", стоял последним в ряду машин. Ксюша, заглянула в кабину — там никого не было. Тихо встав на подножку, она потянула дверь на себя, и та с легкостью поддалась. Ключей в замке зажигания не было.

Девушка принялась методично обшаривать салон машины. В бардачке горкой лежали непонятные документы и пустые упаковки от сигарет. Она привстала, заглянув за козырек, правая нога скользнула по чему-то неровному. Ключи лежали под педалью газа, практически в самом углу. С ее размерами залезть под приборную панель, не отодвигая кресла, не составило труда.

Ксюша, улыбаясь, потрясла своей находкой. Брелок в виде круглого значка мерседеса тускло сверкнул на солнце. Девушка выскользнула из машины.

Взгляд на секунду перенесся в сторону покинутого города. На хорошей скорости, в их сторону двигалась серая точка. Но для квадроцикла внешников эта точка слишком разко маневрировала… Ксюша замерла внимательно всматриваясь в даль. Точка приблизилась к перегородившей дорогу машине и просто, напросто перепрыгнула её. На сколько большая очередная тварь и на что она способна, узнавать совершенно не хотелось.

Ксюша опрометью рванула к скорой.

Она без оглядки влетела внутрь, закрыв за собой дверь.

— Фу… Ты, где так умудрилась извозиться?

— Там, там… — пытаясь отдышаться пыхтела Ксюша.

— Дай попробую отгадать. Там зомби? — улыбнулся Паяц.

— Хуже. Большой, серый, из города чешет. Скоро будет здесь.

Паяц вмиг стал серьезным.

— На сколько большой?

— Не знаю, поменьше автомобиля, где-то с квадроцикл.

— Топтун? Бегуны по жиже будут. Быстро они прогрессируют. Ноги в руки, Сахарная, и бегом. Смотри, что я тут нашел, — он лег на живот, достав, откуда-то снизу, сложенное кресло-каталку.

— Мне бы, живчика, — устало плюхнулась на смдение, Ксюша.

— Лови.

— Я вилы потеряла, — с досадой сообщила девушка, жадно глотая предложенное поило.

— Да не переживай, до стаба доберемся, я тебе новые куплю, — хохотнул Паяц, — эй, не так много, ты сейчас всю флягу высосешь!

Ксюша неожиданно поняла, что выпила, как минимум, половину всего содержимого. Голову потихоньку отпускало. Она забрала сложенное кресло, расправив его.

— У нас всего десять болтов, так что тут же выполняй, то, что я буду говорить. И пока не доберемся до машины, ни за что не выпускай из рук кресло. Машина далеко?

— Нет, метров сто-двести.

Паяц переместился в услужливо пододвинутое сидение.

— Открывай, поехали, — улыбнулся он.

Дверь с шорохом отъехала в сторону. Арбалетный болт тут же вошел в голову, стоящего напротив, умертвия.

— Ходу.

Ксюша всем весом навалилась на ручки кресла.

Поворот, еще один.

— Назад, назад, — зашипел Паяц, — на обочину.

Перед ними стояли три мертвяка. Твари нервно за озирались, пытаясь увидеть источник звука.

Щелчок. Болт в шее центрального. Мертвяки сорвались с места. Ксюша попятилась. Щелчок и второй падает замертво.

Опередив тварь всего на доли секунд, девушка закатила кресло за кузов старого Вольво. Мертвяк пробежал мимо.

— Бегом, — шепнул Паяц.

Каталка запрыгала по кочкам. Глубокая яма. Ксюша ели успела ее обогнуть.

Взгляд, Паяца, упал на дорогу. Серая точка приобрела, уже отчетливые черты, монстроподобной гориллы.

— Быстрей!

Ксюша затормозила коляску, распахнув дверь. Паяц, со стоном, перевалился в салон. Со стороны города послышалось грозное урчание.

— Быстрей!

Ксюша повернула ключ, задергав рычаг переключения передач.

— Сцепление! — парень зажал ее руку, врубив первую.

Машина тронулась с места. Паяц крутанул руль, помогая Ксюше съехать с дороги. Тварь, заинтересовавшись движением, прибавила скорость.

— Газу!

Старый, милицейский козлик запрыгал по ухабам.

— Сцепление!

Тварь изменила направление, желая перехватить движущуюся цель.

— Бери левей, там дальше дренажные канавы.

По бокам проносились невысокие кусты и муравьиные кочки. Впереди показалась проселочная дорога.