Повисла долгая пауза, в течение которой все оставшиеся в кокпите молча пытались осмыслить услышанное.

— Что-то я ничего не понимаю, — подвел я итог своим умозаключениям. По всему выходило, что плата не поможет отыскать Обсерваторию и только приблизительно покажет, где следует копнуть. Но проблема в том, что гиперпространство невообразимо велико и на поиски, пусть даже с учетом подсказок и ориентиров, уйдут жизни и жизни. Мы оказались в тупике.

— Ты провел столько лет бок о бок с махди и даже не понял, что это их язык? — Гия обратилась к Затворнику нарочито спокойным тоном, но в самой сути ее слов так и сквозила насмешка. — Как это прикажешь понимать, Сет Эпине?

— Я не сказал, что не узнал его, — парировал лейр. — Я лишь не смог прочитать написанное. А это разные вещи. Мне, знаешь ли, махдийская письменность в лесу была как-то ни к чему.

Гия поджала губы.

— И все равно ты болван, — ворчливо проговорила она, мимоходом задев и меня: — Этот хотя бы извиняется за глупость.

— Эй! А я-то вам чего сделал?

Но Гия уже вновь обратилась вниманием к данным на дисплее. Она о чем-то размышляла, постукивая себя кончиком пальца по подбородку, а мы все покорно ждали.

Когда время ожидания подзатянулось, я обратился к Затворнику с вопросом:

— А почему язык махдийский? Ты же говорил, что Бавкида оставила Ключ. Но разве она была как-то связана с махди?

Тот качнул головой:

— Не была. Но я и не утверждал, что Ключ оставила именно она. Лишь предположил. У Бавкиды тоже имелось немало шестерок на службе. Это даже мог быть Аверре. В свое время он был знатным любителем боиджийских аборигенов, а до того еще и старым учеником Бавкиды. Вполне мог все устроить прежде, чем между ними разгорелся конфликт.

— Стало быть, друзьями они все же не были, — заключил я, нахмурившись. — Раз так, то он вполне мог сотворить этот Ключ в тайне от своей наставницы, на случай если ее действия встанут ему поперек. Ключ указывает направление, а не координаты. Значит, откликается на сигнал, испускаемый Обсерваторией. Ну, просто иначе я не могу объяснить смысл существования этого Ключа да еще и с данными на языке махди. — Разглядев скепсис в лице каждого из собравшихся, я выдал резче, чем планировал: — Ведь не мог же Аверре предвидеть, что ты решишь отправить эту громадину бороздить просторы гипера и заранее запрограммировать Ключ!

— Вряд ли, — неожиданно согласно кивнул Затворник. — Он к тому моменту был уже мертв.

— Значит я прав, и данные универсальны.

Внезапно голос вновь подала Гия:

— Это правда. И ты действительно прав, Риши. Хотя по большей части все твои умозаключения основываются на банальном угадывании.

Постаравшись придать своему лицу надменно-менторский вид, я проговорил:

— Что ж, именно так настоящие детективы и работают.

— Гадают? — фыркнул Изма.

— Нет, — ответил я, ничуть не смутившись. — Правильно интерпретируют подсказки.

— Что ж, господин детектив, — сказала Гия, — сейчас мы выясним, насколько точно ты тут наинтепретировал. — Она глянула на Затворника: — Твой корабль хотя бы способен понимать махдийский?

— Да, — кивнул тот. — Ведь он принадлежал Аверре.

Я чуть не подскочил на месте:

— Я так и знал! Говорил же!

— Ладно-ладно, успокойтесь, господин детектив. Все мы признали уже ваши безмерные таланты. — Гия, не отрываясь от дисплея, протянула руку и успокаивающе похлопала меня по плечу. — Кроме того, чутье мне подсказывает, что оно еще не раз пригодится.

— Что вы имеете в виду? — спросил я.

Гия повернулась ко мне лицом:

— Тот факт, что вы в паре шагов от определения направления, в котором следует искать Обсерваторию еще не означает, что дело сделано. — Она также бросила быстрый взгляд в сторону Затворника, Аргуса и Измы, так и топтавшихся на входе. — Я не знаток, но почему-то думаю, что здесь будет не обойтись без ваших Теней.

— Ну куда же без них, — пробурчал Изма.

Я призадумался над словами Гии. Сказанное ею походило на правду. Аверре был лейром, притом лейром в высшей степени одаренным. Если он и впрямь ответственен за всю историю с Ключом, то мог продумать и подобный способ поиска. Тени — универсальный инструмент, а Обсерваторию, судя по всему, частично с их помощью в действие и приводили.

— А ведь это возможно, — сказал я, нервно приподнимаясь на месте. — Пускай сам я больше не лейр, но у нас есть Эпине. Если мы проследуем по указанным координатам, он мог бы попробовать выйти на частоту психических волн, испускаемых Обсерваторией, а уж, следуя по ним, отыскать и ее саму. Что скажете?

— Что все это дурно пахнет, — отрезал Аргус. — У нас нет ничего конкретного. Только догадки.

Его убежденная скептичность мне нисколько не понравилась. Поглядев на него с растерянностью, я заговорил: