Шрифт:
— Запомнил.
— Мне нужно знать всё: что он делает, с кем встречается, где бывает.
— Понял.
— Второе имя: Рик Рамос. То же самое. Постарайся совместить.
— Сделаем.
— Что ты там обнаружил?
Дрозд достал из-за пазухи цепочку с медальоном и положил её перед Карлом. Тот взял её, покрутил в руках, осмотрел и положил обратно.
— И что это? — спросил он.
— Видишь, цепь пробита. Сразу по приезду я проверил её. Это моя пуля. Эта цепь висела на одном из тех клоунов, что я грохнул.
— И что это нам даёт?
— Глянь на медальон.
Карл ещё раз взглянул на цепь.
— Две палки. Ты не ходи кругами. Дальше что?
— Это не палки. Это бивни, бивни слона. Такие медальоны носили особенно ретивые бойцы, желавшие, чтобы все видели, к какой семье они принадлежат. Карл, ну что ты? Это-то ты должен знать, ну, или догадываться. Бивни!
— Слон?
— В точку.
— Слон умер.
— И все его дела вместе с людьми перешли к его сыну, Радже.
— Ты хочешь сказать, что завалил людей Раджи.
— Именно.
— Чёрт возьми! — воскликнул Карл. — При чём тут Раджа?
— Карл, всё, что мог. Дальше ты мозгуй, ты голова.
— Добро, Дрозд. Навести подружку, вдруг ей чего надо, заодно проведаешь. Я позже к ней загляну, предупреди.
— Хорошо. Я ждал этого приказа. Вот это по мне! Ну, до связи.
— Давай.
Карл опустился в кресло и схватился обеими руками за голову.
— Такого заворота я не предполагал, — вслух произнес он. — Зачем Радже принцесса? Откуда он, вообще, вылез? Так, Гуннар, Шнайдер, МГБ… Шнайдер. Мать твою! Этого не может быть? Это значит…
Карл кинулся к телефону. Он звонил Хайдену.
— Начну сразу, — сказал Карл, как только они встретились и присели в сквере на скамейку, — мне нужна компетентная консультация, а то и помощь.
— Я слушаю, — напряженно произнес Глен.
— Вы ведь знаете всё о делах генерального прокурора и бывшего директора Департамента полиции… Что такое? — Карл запнулся, глядя на собеседника.
Лицо Хайдена обнаруживало явное удивление.
— Месяца четыре назад я кое с кем уже обсуждал эту тему, так, мимоходом… — сказал он.
— Я не буду спрашивать с кем и по какому поводу, но раз вы обсуждали, то вы, наверняка, всё знаете.
— Наверняка всего знать нельзя. Тем более о таких вещах. Что конкретно вас интересует?
— Их конфликт и всё, что было после.
— Конфликт у них возник уже после того, как директор Департамента полиции покинул свой пост. Он занялся бизнесом.
— И это не понравилось прокурору?
— Я не могу сказать, что ему не понравилось. Но он обвинил своего бывшего соратника, хотя вскоре снял обвинения.
— Причина снятия обвинений неизвестна?
— За недостатком улик. По окончании дела, полицейский подал в суд на ряд сотрудников прокуратуры и полиции, обвиняя их в связи с организованной преступностью.
— Это могло быть сделкой между прокурором и полицейским?
— Вполне вероятно, но каков смысл?
— С кем вёл бизнес пенсионер? Кто ему помогал? Он с нуля начинает успешные дела. Не та ли организованная преступность? — предположил Карл
— Так и было, скорее всего, — согласился Глен, — только, разумеется, нет никаких доказательств.
— Они тогда много кого закрыли?
— Да, чистка была масштабная.
— Как вы думаете, они закрыли тех, кто был в курсе махинаций главного полицейского?
— Это основная версия, хоть и неформальная.
— А после он неожиданно погибает, — медленно проговорил Карл.
— Не пойму, к чему вы это всё? — спросил Хайден.
— Вы не знаете, главу Департамента попросили освободить пост? — продолжал спрашивать Карл.
— Уверен, что попросили. Не ушёл бы он сам.
— Имея на посту столько, сколько душе угодно с любого мафиозного потока и не только, чем он мог быть полезен мафии, занимаясь бизнесом?
— Думаю, такого рода пользу приносили именно те, на кого он позже подал в суд.
— Верно, — согласился Карл. — А как вы думаете, всё же, что могло не понравиться его бывшему другу, прокурору.
— Фридрих Шнайдер, — задумчиво произнес Хайден. — Порой мне кажется, что это самый опасный человек в Городе. Что ему могло не понравиться? Думаю, он хотел иметь больше власти, больше контроля над Городом, над той же мафией.
— Продолжайте. — Карл уловил мысль Хайдена, совпадавшую с его предположением.