А самое главное, меня почему-то начало радовать то, что я все же смогла увидеть настоящего Доронина, и идеальности в нем было примерно столько же, сколько во мне мужества и женственности.

Почему-то это стало понятно лишь сейчас.

Официант с вином прилетел сказочно быстро, меня даже не успело перекосить, пока смотрела на Никиту со сладкой улыбкой.

— Ну, допинг приехал, кто первый? — резонно поинтересовался Доронин.

— Твоя идея, ты и жги, — усмехнулась, сделав глоток.

— Ладно, — Никита вздохнул, а потом быстро проговорил. — Меня оставят без наследства, а ссылка в ваше божественное агентство станет, пожалуй, самым прекрасным воспоминанием года, если я внезапно не стану приличным.

— Вот сейчас ты начал меня пугать, — почему-то захотелось рассмеяться.

— Думаю, нам стоит узнать друг друга получше, — Никита тоже еле сдерживался. — Со мной-то все понятно, а вот тобой что движет?

Вместо ответа непроизвольно посмотрела на Яна и в тот же момент услышала усмешку Доронина с коротким комментарием:

— Ясно.

Сделав вид, что не заметила такой реакции Никиты, отвернулась от Нестерова, благо, тот в компании Алены скрылся с горизонта, видимо, решив уделить внимание кому-нибудь из наверняка многочисленных знакомых.

Вновь заинтересовавшись вином, которое, кстати, было очень вкусным, сделала глоток и лишь после этого посмотрела на Доронина, готовая к продолжению диалога.

— И каковы условия нашего контракта, милый?

— Кто ты и что ты сделала с девушкой, которая едва не падала в обморок от одного моего вида? — ответил Никита в том же ключе, однако даже эта фраза не вызвала приступа стыда, скорей развеселила.

— Что, было так заметно? — не смогла совладать с любознательностью.

Вместо ответа Доронин лишь рассмеялся, а я же задумалась. Никита был абсолютно прав, и еще пару недель назад я бы сидела на этом же самом месте и дрожала как осиновый лист, ловя каждое слово и движение парня.

Однако пропасть между нынешней мной и мной образца двухнедельной давности стала настолько огромной, что заполнить ее теперь было просто невозможно, тем более что она увеличивалась в размерах практически на глазах.

Никакого объяснения этой метаморфозе я пока не успела придумать, да и к детальному самоанализу не была готова, тем более что вино притупляло страх и адекватность, но уверенность в том, что от задуманного я не откажусь, крепла все сильней. Тем более что отступать уже было поздно.

— Все должны поверить, что мы действительно встречаемся. Отец не идиот и бездарную самодеятельность быстро раскусит, но и отстанет быстро, когда поверит. Думаю, месяца вполне должно хватить, а там расстанемся. Сможешь меня даже ударить или еще что поэффектней придумать, — к концу фразы Доронин уже смеялся.

— И ты будешь отвозить меня на работу и увозить домой? — во мне внезапно проснулась предпринимательская жилка, однако Никита, кажется, не оценил, слегка нахмурившись, поэтому поспешила добавить: — А что, должна же у меня быть выгода от этой сделки?

— Кроме того, что тебе на месяц достался такой прекрасный я? — кажется, настроение Доронина было просто сказочным.

Внимательно посмотрев на Никиту, поняла, что он вновь стал собой, скинув маску милого и ответственного парня. Ту самую маску, в которую долгое время я была так влюблена и которая не имела ничего общего с ним настоящим.

Чтобы окончательно убедиться в правильности своей теории, спросила прямо:

— Ты назначил меня помощницей с расчетом на то, что я соглашусь помочь тебе с этой затеей?

Доронин не стал отнекиваться, кивнул и загадочно проговорил:

— Ну, изначально план был немного другим…

— Немного? — спросила, вскинув бровь.

— Ну-у-у-у… Скажем так, я не собирался посвящать тебя в некоторые подробности.

Шестеренки в голове закрутились в ускоренном темпе, и уже через пару секунд я практически вытаращилась на Никиту:

— Ты же не хочешь сказать, что… — договорить парень не дал, вновь кивнул.

— Что так или иначе использовал бы тебя, — в его тоне не было ни нотки раскаяния, и от абсурдности ситуации вновь стало смешно.

— Ну и говнюк ты, Никита Станиславович! — подвела итог рассуждениям, Доронин же так и не перестал улыбаться. — И чем же я заслужила такое откровение? Хотя нет, не отвечай, и тогда я буду думать, что все дело в моей потрясающей харизме и волшебном очаровании!

— Ладно, не буду рушить твои розовые воздушные замки, — хмыкнул Никита, и я улыбнулась в ответ.