— И тут всегда так… — кажется, Никита не смог подобрать нужного слова, но я вовремя пришла на помощь.

— Похоже на дурдом?

Доронин не стал сдерживать смех и кивнул, поэтому ответила.

— Я бы хотела сказать, что это единичный случай, но, боюсь, не придумаю тогда, что соврать в следующий раз.

— И как привести их в…

— Работоспособное состояние? — вновь помогла.

— Именно.

— Устрой планерку, повтори раз пять все, что уже сказал, упомяни волшебное слово премия, оно тут работает лучше любых заклинаний. Конечно, они придумают какие-нибудь новые ужасы, но работать, по крайней мере, начнут.

— Это не агентство, это психушка, — все же не выдержал Никита и снова рассмеялся, устало потерев виски.

— Ты так вдохновенно это произнес, что я начала завидовать тому, что оно целиком и полностью твое.

— Поделиться? — прозвучало с надеждой, поэтому не смогла спрятать улыбку.

— Заманчиво, но я, пожалуй, откажусь.

Несколько секунд мы молчали, но все это время Доронин не отводил взгляд, а потом неожиданно сказал:

— Жаль, что в субботу ты так рано уехала.

Стараясь не уронить челюсть на пол, улыбнулась, изо всех сил отгоняя мысли о Яне, а потом искренне ответила:

— И мне.

Вновь молчание, а дальше еще более неожиданная фраза:

— Мы могли бы исправить это на выходных.

Челюсть все-таки приземлилась с глухим стуком на ламинат, потому что если мы с Никитой хотя бы на пятьдесят процентов понимаем под «исправить» одно и то же, то сейчас пришло самое время радостно визжать и скакать по офису.

Чтобы не начать отплясывать раньше времени, аккуратно уточнила:

— В смысле?

Сейчас Доронин вежливо попросит поехать с ним на очередную унылую тусовку местной элиты, где я обязательно исправлюсь и не напьюсь…

И там не будет Яна!

— Поужинай со мной.

Что?!

Только установленная на место челюсть вновь рухнула, упав где-то далеко за шкафом.

— С тобой? — медленно повторила последние слова, уже начиная злиться на себя за тупость.

— Настолько ужасный вариант? — усмехнулся начальник.

— Да! — резко ответила я и еле сдержалась, чтобы с разбегу не войти головой в стену, тут же начав исправляться. — Отличный вариант в смысле! Да, поужинаем!

Получилось так сбивчиво, что я все-таки зажмурилась, окончательно решив набить жирное «Лошара» на всю спину, однако Никита лишь улыбнулся.

— В субботу. Я заеду в семь?

— Ага… — медленно моргая, до конца не веря в то, что это не сон, сказала я.

— Отлично, — поняв, что я информацию уяснила, начальник вернулся к более насущному вопросу. — Ну а теперь перейдем к менее приятным вещам. Соберешь всех в конференц-зале? Будем испытывать твою стратегию по приведению сотрудников в работоспособное состояние, потому что еще день, и я поддамся общим настроениям и начну так же бесцельно бегать по офису, боясь, что меня уволят.

— Не обрекай меня на мучительную смерть, — худо-бедно оклемавшись, улыбнулась и направилась к выходу из кабинета, надеясь, что моя улыбка была не слишком безумной.

Предложенный мною метод действительно помог. На радостях Никита даже заявил, что за такое выпишет мне дополнительную премию, однако, к печали начальника, в этот момент мимо как раз проплывала Светлана Евгеньевна, уши которой работали в привычном режиме локаторов, так что Доронин сумел озадачить себя лишней порцией вопросов, ответы на которые пришлось придумывать на ходу.

Я, конечно, начальнику сочувствовала, но быть вовлеченной в эту, без сомнения, увлекательную беседу не желала, поэтому, изобразив в воздухе рукопожатие, призванное подбодрить Никиту, поспешила скрыться. И даже его умоляющий взгляд не смог меня остановить, я и так слишком много вынесла для одного дня.

На то, чтобы отбиться от Светланы Евгеньевны и ее сородичей, у Никиты ушло каких-то десять минут, однако и этого времени хватило, чтобы начальник стал похожим на человека, чудом спасшегося от стаи зомби. Зайдя в приемную, Доронин, наученный горьким опытом, сперва оглянулся по сторонам и даже заглянул под стол, и лишь потом уверенно заявил:

— А я и не догадывался, насколько ты коварна и жестока, — после чего подмигнул и ушел к себе, видимо, считая, что даже в приемной теперь не слишком безопасно.

Мне же оставалось лишь улыбнуться.

В пятницу отоспавшиеся и переварившие новость сотрудники на самом деле приступили к работе. В агентстве появилась такая видимость работы, которую «Эвита» не видывала, пожалуй, с самого открытия. Доронин быстро сумел привыкнуть к, назовем их, характерным особенностям нашего коллектива. Не решил Никита и перекладывать обязанности на других, лично контролируя процесс. Возможно, к концу дня у меня начались галлюцинации, но, кажется, я даже видела, как он помогал Светлане Евгеньевне, которая реально пыталась заниматься делами.