— Зачем такие сложности путешествия из одного мира в другой? Хозяин Тьмы может и сам снизойти до личного посещения своих последователей. И поверьте мне, у этих людей будет гораздо больше религиозного рвения и поклонения, нежели у других, поклоняющихся мистическому Богу, который и не думает подтверждать своё существование. Конечно, люди будут верить тому, что видят, а не тому что им рассказывают и обещают. Силы Тьмы умнее, они не ждут когда человек проснётся - они сами будят его, и не ждут когда уверуют, а заставляют верить в реальность.

— Богохульник! — указывая пальцем на Дорна, завопил священник. — Я подниму народ. Мы сожжём этот дворец!

— Как же твоя вера? — с иронией, спросил Дорн. — В заповеди говорится «не убий», почему ты хочешь переступить через слово Божие?

— Цель оправдывает средства, — твёрдо с блеском фанатизма в глазах сказал священник.

— Но, убивая еретиков, ты сам уподобляешься им. Добро не может торжествовать, придя к победе через насилие.

— Добро должно взять в руки меч, когда стоит вопрос о его будущем. Оно должно постоять за себя!

— Ну-ну, — улыбнулся Дорн. — Ты можешь идти, и встать на путь насилия, уничтожая Зло. Со стороны же тёмных сил я обещаю, что ты выйдешь из этого зала целым и невидимым. Никто из здесь присутствующих не причинит тебе вреда. Дорогу назад знаешь, не заблудишься. Иди.

Священник встал с кресла и в нерешительности остановился. Сидящие за столиком, смотрели на него с неприкрытой иронией, никто не пытался его остановить.

— Иди! — приказал Дорн, его глаза вспыхнули дьявольским светом.

В ужасе священник посмотрел на остальных, и встретил такие же горящие глаза. Попятился к дверям, не решаясь повернуться спиной,

Громадный чёрный кот, до этого лежавший молча на полу, внезапно устремил на него пронзительные жёлтые глаза, и тягуче растягивая слова, произнёс:

— Что же не спешишь покинуть наше общество, или ты желаешь присоединишься?

Вздрогнув, священник устремился к двери, выскочил из зала, отгораживаясь от сидящих там, захлопнул её.

— Здорово мы его! — воскликнул кот, когда двери закрылись.

В ответ донесся крик ужаса. Ему вторило грозное рычание. Дверь содрогнулась от сильного удара. Стон перешел в хрип. Тишина окутала помещение. Из-под двери показалась, медленно увеличивающаяся лужица крови. При свете свеч она казалась совсем чёрной.

Светлана так и не смогла увести собаку с первого этажа. Понадеявшись, что пса кто-нибудь усмирит, ушла в свою комнату, оставив его в соседнем зале.

— Никто не сможет упрекнуть меня: что не держу слова, — заметил Дорн. — Я обещал ему неприкосновенность от своей свиты, но не от диких зверей. Что поделаешь! Пес не любит священников!

— ОН в полной мере должен оценить рвение фаната, иначе сир, мы ещё с ним встретимся. — Барон был в самом лучшем расположении духа. Повернул голову к Амону: — Как ты, не против, ещё увидится со священником?

Амон пожал плечами:

— В таком случае он сам ощутит силу огня, это я могу ему обещать.

Дорн задумчиво посмотрел на кота.

— Хотя, в чём-то я с ним согласен. В моём царстве так мало любви. Действительно, нам нужна королева, которая полюбит моё царство и его обитателей. Юм, ты сможешь, не отдавая никому предпочтения, окружить вниманием и любовью моих подданных?

— Магистр? Вы шутите! — воскликнул кот. — Я не человек, и уж тем более не белый ангел!

— Да. Ангел, — повторил Дорн. — ОН посылает их на Землю, в заботе о людях. И ангел среди людей. Только они не замечают этого. ОН волнуется и о душах в тёмном царстве, ОН посылает душу способную любить, чистую и светлую к нам. Но поймет ли она, что ей предназначено. Спустится ли по своей воле навечно, в Царство теней?

— Время покажет, сир, — философски заключил Барон. — Если бы вы, сир, поручили её моей заботе...

— Изер, — с предупреждением в голосе, сказал Дорн. — Закроем эту тему, Амон нашел. Так пусть и ведёт.

— Он сломает её! — воскликнул Барон.

— Значит, Амон ошибся, и мы будем ждать следующей встречи с другим посланцем.

Барон не унимался.

— Он не ошибся, но он оставит её себе.

Дорн вздохнул и с сожалением посмотрел на Барона.

— Она его, — только и ответил он. — В любом случае, мои планы относительно изменения мира остаются прежними, и я приду к своей цели, будет ли королева о моём царстве или её не будет. Мир нужно изменить, он слишком прост и пресен. Яхве только испортил его своей святостью.