Прекрасно.

Несмотря на мое волнение насчет Эддисон, я медленно выбрался из грузовика. Мое сердце забилось быстрее, я прошел к входной двери. В горле образовался странный ком, и я понял, что нервничал. В мой мозг начали проникать неприятные мысли. Я был здесь всего десять секунд, но мое подсознание уже шептало мне на ухо. Говорило, что я недостаточно хорош, чтобы быть здесь.

Я нажал на дверной звонок и ждал, слушая колокольчик на другой стороне двери. Я рассеянно рассматривал крыльцо и отодвинулся. Назовите меня высокомерным, но я ожидал, что Эддисон будет ждать меня снаружи. Я думал, что она будет в моих объятиях, как только я выйду из своего грузовика. Во всяком случае, я так предполагал.

Я снова надавил на звонок и услышал лай Сэма. Шли минуты, и тревога из груди дошла до желудка. Почему никто не подходил к двери? Эддисон забыла, что я приду? Мы говорили об этом вчера.

Я сразу же вытащил телефон из заднего кармана. Нет новых сообщений или пропущенных вызовов. Я нашел номер Эддисон и набрал его. Я услышал ее голосовую почту и завис. Странная смесь беспокойства и гнева растеклась по телу. Дома никого не было, а это значит, она была где-то с семьей. Неужели ее родители так презирали меня, что целенаправленно заставили ее сегодня покинуть дом.

Я шагнул влево и заглянул в окно, сделав из рук бинокль, чтобы заглянуть внутрь. Я разглядывал нечто, похожее на логово. Газета валялась на журнальном столике, а рядом с ней стоял стакан, на половину заполненный чем-то.

Я увидел коридор и то, что напоминает вход в кухню. Я заметил вспышку белого меха и понял, что Сэмсон не в доме. Он был на заднем дворе.

Быстро обогнув крыльцо, я направился к воротам забора, которые видел, когда только заглянул. Я дернул ручку, и она не была заперта. Закрыв за собой дверь, я крикнул собаке.

– Сэм? Ты здесь?

Сэм появился из ниоткуда, чуть не сбив меня с ног. Я встал на колени, гладя его грудь, за ушами и бока.

– Что такое? Где твоя семья, а?

Он облизал мое лицо и взбодрил меня. Я встал и прошел на задний двор. Завернув за угол, я столкнулся с обычным бетонным внутренним двориком, полным мебели. Наружный бар и гриль стояли на одной стороне, а на противоположном конце находилось нечто, похожее на конуру. Перед ней стояли миски Сэма, полные еды и воды. Эддисон и ее родители, должно быть, ушли сегодня утром.

Теперь я разозлился. Я снова вытащил телефон и написал ей.

Ты ничего не забыла?

Она могла бы хотя бы сообщить мне, что будет позже.

Не в ее стиле не разговаривать со мной. Я тут же обвинил ее родителей. Они забрали ее телефон? Я посмотрел на мебель во дворе и решился. Я устроюсь на одном из этих стульев, пока они не вернуться домой.

Через несколько часов телефон зажужжал в моих руках. Я чуть не вскочил со стула, и Сэм отдернул голову от моей ноги. Я увидел имя мамы на экране. Я разочарованно ответил:

– Да?

– Кайл? Когда ты придешь домой? Тебе завтра в школу.

Я был раздражен, и поэтому огрызнулся.

– Мне не двенадцать лет.

– Послушайте, молодой человек, – сказала мама. – Ты все еще живешь под этой крышей. Значит, играешь по моим правилам.

Тишина.

– Ты вернешься в течение часа, – сказала она непреклонно. – Понял?

Я с неохотой согласился и опустил телефон. Посмотрев на время на экране, я увидел, что было уже почти восемь. Я ждал Эддисон восемь часов. Ни телефонного звонка от неё. Ничего.

Я встал со стула, на котором сидел с Сэмом. Он встал со мной, и мы оба потянулись. Я не знал, что делать. Чувства колебались между гневом и беспокойством, их сила пробирала до костей.

Я посмотрел на Сэма, и он склонил голову и грустно заскулил. Может, он знал что-то, чего не знал я. Но я не хотел оставлять его здесь одного.

И я решился. Я присел и заглянул в его глаза.

– Послушай, – сказал я. – Мне нужно идти, но я вернусь, чтобы проверить тебя, – беспокойство за собаку даст мне повод вернуться завтра, если я не поговорю с Эддисон сегодня вечером.

Сэм ткнулся головой в мою руку, и я чувствовал себя ужасно. Весь этот день был катастрофой. Две недели ожидания ради этого?

Пес пошел за мной, и у забора я обернулся.

– Останься. Я вернусь. Обещаю.

Несмотря на все, что внутри меня кричало не уходить, я проскользнул через ворота и направился к грузовику. Я слышал лай Сэма, он царапал деревянный забор. Горло сдавило. Мои руки сжались в кулаки, и возле своего грузовика я ударил кулаком по дверце водителя. Безумная боль пронзила руку, и кровь проступила на коже, когда я согнул пальцы. Проклятье! Что сегодня произошло?