Агата отвернулась от собеседницы, мрачным взглядом провожая вереницы воздушного транспорта, бороздящего небесный просто Вечного Города. А Сюзэн пыталась разложить по полочкам все известные ей теперь факты: Эолин - не Император. С этим трудно примириться, но со временем она привыкла к этой мысли и правда о любимом перестала отдаваться болью в сердце. Дар - наследство. Значит… Значит! О, Боги! Озарение молнией вспыхнуло в мозгу!

Эолин прошёл все тесты - он обычный человек. Сайта - ясновидящий! Сайта всё же являлся настоящим наследником Императора, а не был сыном предателя, как решила Сюзэн сначала. Но кто он такой - таинственный Император, посадивший вместо себя на трон красивую куклу и умело управляя из-за кулис?

– Вижу, вы задали себе тот же вопрос, что не даёт покоя нашим лучшим аналитикам.
– Весело улыбнулась Леди, беззастенчиво наблюдая за женщиной.
– Нет, мы ещё не смогли вычислить его личность, хотя достоверно известно - он во Дворце. Он слишком осторожен, но любая осторожность рассыпается прахом, если опасность разоблачения грозит не кому-нибудь, но собственному сыну, верно?

– В этом обычные люди и одарённые схожи.
– Кивнула Сюзэн.
– Вы же не причините вреда ребёнку и не станете шантажировать его отца?

– Вы забываете - Император тоже одарённый. Один из нас. Дети Отца не сражаются между собой, тем более такими подлыми способами. Император интересен для нас, но его время также кончается, как и наше. Нет причин давить на принца.

Сюзэн невольно покраснела, сообразив, что своими подозрениями укрепила веру одарённой в непорядочность и грязные методы людей.

– Я только хотела…

– Очень хорошо, что вы так заботитесь о мальчике, - продолжила Леди, не обращая внимания на неуклюжие попытки Сюзэн извиниться.
– Но Лига чтит традиции. Мы обучим Сайту всему, что он обязан знать в связи со своим Даром. Это наш долг Семьи. А уж остаться или вернуться во Дворец - пусть решает сам. Но мне почему-то кажется, что он не захочет покидать своих новых друзей и внимательных учителей.
– Агата мягко улыбнулась.
– Здесь его Дом, его Семья, и очень скоро он поймёт это, как бы вы не пытались доказать ему обратное. Одарённые чувствуют сердцем, как учил нас Отец… Будущее туманно, но я вижу, что ваши судьбы сплетены неразрывно, и это прекрасно. Знаете, как тяжело обладать Даром ясновидения? Мы видим сотни, тысячи чужих жизней одновременно, открываются новые и новые горизонты событий… Всегда в движении - ничего постоянного.
– Лицо Леди Агаты болезненно застыло, в глазах, таких мудрых и понимающих, отражалось неподдельное страдание, словно женщина на миг отказалась от маски властности и неприступности. И эту боль нельзя было заглушить лекарствами, нельзя было надеяться, что со временем это пройдёт… Кошмар одарённых длился всю жизнь.
– И тем более важно, когда рядом есть кто-то, к кому захочется вернуться, выдраться из этой бешеной круговерти прошлого, настоящего и будущего.

– Я не знала.
– Сюзэн в очередной раз подумала о том, что Судьба могла бы быть более благосклонной к Сайте, но выбрала для него самый страшный подарок.
– Позвольте мне, обычной женщине, стать таким якорем для принца, позвольте остаться с моим ребёнком! Я буду защищать его не хуже, чем это сделает Лига. И не от вас, от его Дара.

Агата некоторое время молча рассматривала собеседницу, умоляюще сложившую руки. Действительно, она намеревалась окружить принца одарёнными, но слова этой молодой женщины тронули что-то в душе старой интриганки и она сказала:

– Мне нравитесь вы и ваши стремления.
– Леди неторопливо склонила голову. Даже этот жест её был исполнен грации и царственности.

Как только дверь за Сюзэн закрылась, Леди Агата вернулась к своему столу и нажала пару кнопок на скрытой консоли. Над гладкой столешницей возникли восемь голограмм. Представители Башен были серьёзны и собранны.

– Что скажите, Лорды?
– Агата села в глубокое удобное кресло, давая отдых своим старым ногам. Сейчас начнётся бурное обсуждение и лучше запастись терпением: в этом сезоне Правящий Совет состоял из ярых оппортунистов, склонных к противоречиям и спорам. Но несмотря на свои недостатки, они всегда принимали тщательно обдуманные и взвешенные решения. Агата позволила своему зрению расфокусироваться, против правил уходя чуть вперёд. Она была стара и азарт споров уже не забавлял её. Губы женщины чуть заметно изогнулись, обозначая улыбку. Может, будущее и было туманным и переменчивым, как она сообщила Сюзэн, но только не для Леди её уровня и силы.

Первым, как всегда, высказался Лорд Лайэль, Наместник Башни Разума - мужчина средних лет, с узким, породистым лицом и холодными льдистыми глазами снежного монстра:

– Очень милая девушка. Словно на ладони. Люблю таких.

– Предлагаю передать её Лайэлю для проведения опытов.
– Насмешливо улыбнулся Лорд Инмар-Меченосец, никогда не одобрявший излишне жёстких методов телепата. Агата заметила, что никто не торопится начать разговор о действительно важных делах. Что ж, молодёжь хочет пикироваться? Дадим им время.

– Боюсь, после этого мы получим её обратно только в спичечной коробке, - поддержал меченосца Лорд Дала, целитель. Лайэль пренебрежительно фыркнул - его не трогало частное мнение Наместников. Все они сходились в одном - Лорд Лайэль был признанным мастером по взлому чужого сознания. И когда ситуация требовала решения без лишней деликатности, все взоры выжидательно упирались именно в него.

– Если серьёзно отнестись к делу, то что мы имеем на сегодняшний день?
– Звонкий, музыкальный голос Госпожи Китаны прервал наметившуюся было язвительную перепалку и все вновь помрачнели.
– Император сдаёт нам козыри. Наше право воспользоваться ими или продолжать игру в тёмную.

– Мальчик останется невредим, - Дала был непреклонен.
– Вы же знаете.

– Поддерживаю, - веско произнесла Агата. Лайэль пронзил старуху своим мёртвым взглядом. Но за тёмной пеленой снежной бури скрывалась искра нежности. Агата в очередной раз пожалела, что отказалась от планового омоложения. Они могли бы продолжить отношения… Но он вновь молод, а она убелилась сединами. Телепат принял отказ женщины, высказанный в подобной форме и более не затрагивал эту тему. Но на всех совещаниях Агата с лёгким сожалением и затаённой любовью рассматривала любимый профиль Наместника Разума. А он… Замкнулся окончательно. И это замечание о Сюзэн… Жалкая попытка причинить ей боль? Ах, Лайэль…