Это все ее темное влияние )))

========== Глава пятая ==========

Я проснулась от того, что нечто мягкое и пушистое щекотало ноздри — коврик. Дернувшись и вскинув голову, приложилась затылком о стену и вновь опустилась на пол.

Приоткрыв один глаз, потерла ушибленное место, и застонала от жуткого самочувствия. Казалось, куролесила всю ночь.

В комнате я была одна. Определила это сразу, как присела. Не без труда, кстати. Тело ужасно ломило, а левую ногу почти невозможно было разогнуть. Чудовищное падение с мотоцикла сказалось и на Филатове, если судить по тем звукам, что доносились из туалета. Парня нехило рвало.

Я вдруг подумала о Мишке. Где он сейчас? Что делает? Жив ли?

Взгляд невольно скользнул по часам, висящим на стене. Несколько секунд я переваривала информацию, а потом вскрикнула:

— Работа! Мне нужно на работу!

Но сделать ничего не смогла, поскольку удручающее физическое состояние оставляло желать лучшего. Обессиленно прикрыв глаза, притихла и стала дожидаться Вадима. Вскоре он возник на пороге и опустился на пол рядом со мной. Когда я перевела на него свой сонный взгляд, то ужаснулась. Выглядел Фил просто отвратительно. Пахло от него ментолом — почистил зубы, — но всклокоченные волосы, ярче проступившая щетина, красноватые белки глаз и серый оттенок лица превращали парня в зомби.

Он, уловив в моем взоре смятение, хмыкнул, отвернулся и привалился спиной к стене.

— Я тебе чаю заварил.

— Эм… Вадим, я должна уйти, — ответила, покосившись на угрюмого парня.

Он закурил и повернулся ко мне, прищурившись:

— Останься.

Ну уж нет. И нечего на меня смотреть так, словно умрешь от моего отказа.

— Я серьезно. Мне на работу нужно.

Моргнула и сглотнула, растерявшись от того, как Филатов улыбнулся. Его бледное лицо преобразилось, став каким-то невинным и мальчишески-искренним.

— У тебя нога отекла. Куда ты пойдешь? — спросил, кивнув в мою сторону. — А если к врачу — придется сочинить целую историю, чтобы там ментов не вызвали. Так что… будешь тут.

— А ты не боишься, что они к тебе заявятся? — ухватилась за протянутую Филом руку, которую он предложил, поднявшись.

— Если ночью не нагрянули, значит пронесло.

Я изумленно захлопала ресницами, глядя на Вадима с некоторой злостью. Неужели ему на все плевать? Что за человек? У него есть хотя бы какие-то моральные принципы?

Вадим в свою очередь тоже рассматривал меня, спокойно затягиваясь и стоя всего в метре от двери. Сердце невольно сжалось. Что-то должно произойти. Это как в тех стремных фильмах о слащавой любви, где главные герои пялятся друг на друга, а потом целуются, словно лет сто ничего подобного не делали.

В общем-то, мне вдруг захотелось рвануть к двери, настолько страшно стало от слишком пристального внимания. Инстинктивно сделала шаг назад, когда Фил подался ко мне. Хмыкнул, опустил голову и, подняв руки, будто сдаваясь, отступил. Ладно. Совсем не страшно. Но стоило мне только двинуться в прихожую, причем едва переставляя ноги, как Филатов внезапно с глухим стуком уперся рукой в дверной косяк. Я почти врезалась в его бицепс. Перевела на парня раздраженный взор и шикнула:

— Отвали.

Он раздумывал лишь мгновение, затем рванул меня к себе, стиснув пальцы на моем затылке, и поцеловал. Крепко, с особым напором и некоторой злобой. Как будто хотел убедиться в том, что я не подхожу ему вообще. Но по мере того, как мои колени наливались свинцом, а в голове начинало все смешиваться, вторая рука Фила — та, что с сигаретой — легла мне на спину и прижала еще сильнее.

Он был очень горячим. Все тело Вадима буквально пылало. Этому пламени не было конца, потому, видимо, и хотелось окунуться в него, сорваться вниз и никогда не возвращаться. Но кое-что из этого мира, на который я благополучно забила, меня все еще удерживало в рамках здравомыслия: мама, отец, брат. Семья. Люди, которые любят и ждут меня. Нельзя поддаваться…

Но…

Как…

Уйти?

Теплая ладонь массировала мой затылок, и я пока понимала, что происходит, не без удовольствия отвечая на этот «прокуренный» поцелуй. Но когда Вадим немного подался бедрами вперед, мой мозг расплавился, пробуждая в теле то, чего я, собственно, не испытывала никогда. То есть парни у меня были, но такой реакции не наблюдалось.

Фил был запретным плодом. Тем, что хочется взять немедленно, однако сдерживаешься, чтобы избежать болезненных последствий. А то, что такие отношения принесут лишь боль — несомненно…

— Уйдешь? — прохрипел Филатов, оторвавшись от меня.

Уставилась ему в глаза, пропадая, как бы пафосно это не звучало, и буквально позволяя уговорить себя. Темно-карие омуты пожирали меня, растерянную и вмиг потерявшую всю свою решительность.

— Тебе нельзя уходить, — все так же вкрадчиво сообщил Вадим, докуривая и оценивая произведенный на меня эффект.

Я инстинктивно облизнулась и молча прошмыгнула мимо него, почти перед самым носом Фила захлопывая дверь ванной. Уже там немного успокоилась и осторожно взглянула в зеркало, боясь увидеть жуткие кровоподтеки после вчерашнего падения. Наваждение ушло, и теперь я могла здраво оценить ситуацию. Ничего хорошего, если честно.