консультант выглядит намного лучше по любому.

Лондон точно могла с этим согласиться.

— Ой. Теперь нужно слушать,— сказала Джоанна увеличивая громкость.

— Поэтому с большим удовольствием,— произнес Мелвилл в микрофон перед собой, — я

заявляю, что официально буду выставлять свою кандидатуру на пост президента

Соединенных Штатов.

Прихлебатели и соотечественники на сцене громко за аплодировали, Джоанна завизжала

от восторга.

— Он сделал это, он вступает в гонку, — она развернулась к Лондон. — Ты не

представляешь, как это изменит карьеру Брайану. Он может уйти от прихлебателей в

юридической фирме, чтобы стать влиятельной силой на холме. Ты должна пообещать мне,

что будешь голосовать за Мелвилла.

Лондон старалась не засмеяться.

— Я не буду голосовать. Ты же знаешь об этом.

Джоанна поморщилась от раздражения.

— Лондон, серьезно, ты не можешь продолжать жить в Вашингтоне и с таким

равнодушиемотноситься к управлению страны.

— Будто тебе не все равно, кто победит? Единственное, что для тебя имеет

значение,добьется ли Брайан дипломатического постана каком-нибудь маленьком

экзотическом острове, где ты смогла бы лежать у бассейна весь день и мальчики бы

овевали тебя опахалами.

Джоанна рассмеялась, и Лондон смягчиласвои слова улыбкой.

— Это явно не соответствует действительности, — сказала Джоанна, наконец становясь

серьезной, по крайней мере ей так казалось. — Я очень волнуюсь, кто управляет страной,

и думаю, что сенатор Мелвилл будет отличным президентом. Он молодой, у него полно

идей, он лоббирует наиболее важные законы последнего десятилетия, защищающие

женщин и детей, и он, кажется, очень предан своей жене и семье. Разве он не похож на

того мужчину, который нам действительно нужен в качестве президента?

Лондон чуть не упала на пол от смеха. Мелвилл был молод, это точно, единственное с чем

Лондон могла согласиться, касаемо Мелвилла в данный момент.

Лондон прочистила горло.

— Ну, надеюсь, что он победит… по крайней мере, хотя бы ради Брайана.

— Так ты подумаешь о голосовании? Может, ты даже могла бы ввязываться в его

кампанию. Ты же зарегистрируешься и проголосуешьна предварительных выборах,

правда? Пожалуйста, скажите мне, что ты не будешь делать самой стремнойвещи, типа

останешься сторонним наблюдателем.

Лондон сделала еще один глоток воды, прежде чем ответить:

— Я зарегистрируюсь,и я за правильную партию.

— О, слава Богу. Я не хочу удалять тебя из друзей после всех усилий, которые

приложила, — Джоанна подмигнула и встала. — Я должна идти, Брайан захочет

поговорить о кампании вечером, а мне нужновыбратьмебель для солярия до того, какон

придет домой, поскольку он будет слишком увлечен, чтобы разглядывать цены.

Лондон улыбнулся.

— Ты хитрая, Джоанна Рассел.

— Что есть, то есть.

После ухода Джоанны, Лондон снова перевела взгляд на экран телевизора, наблюдая за

пресс-конференцией. Камера тем временем передвигаясь по сцене, пока Мелвилл отвечал

на последние вопросы журналистов, остановилась на Дереке, стоявшим с каменным,

нечитаемым выражение на лице, и вдруг, прежде чем камера передвинулась на другого,

его выражение изменилось. Глаза сверкнули, полные губы дернулись, сдерживаясь от

улыбки или возможно мимолетного поцелуя. Лондон увлеченно смотрела и могла

поклясться, что у нее было такое чувство, словно он смотрел прямо на нее, сжигая ее

заживо своим взглядом.

Дерек Эмброуз был ведущим консультантом кампанийв стране. Благословленный

внешностью и харизмой, он мог бы легко сделатьсвою собственную карьеру, выдвинув

себя в кандидаты на государственный пост, но выбрал поприщевнутри политического

мира, и это не мешало ему быть звездой в своей партии, а также стать широко известным

общественности, часто выступая, как публичное лицом кампании и быть любимцем СМИ.

Стоило Дерекузаговорить или появиться, Америкавнимательно слушала и наблюдала за

ним. На самом деле, он предпочитал дергать за ниточки из-за кулис, поскольку давно уже

привык к вниманию к своей персоне и использовал его в свою пользу, когда это было