— Итак, чем я обязанатвоему визиту?—спросила Маргрит, деликатно поднося кусок

сладкого хлеба к рубиново-красным губам.

— Сегодня у меня была небольшая проблема утром. Сенатор Мелвилл...

— Ну, расскажи,— невозмутимопопросила Маргрит. Десятилетиями, предоставляя услуги

для политиков Вашингтона, сделали ее несколько циничной, когда дело касалось лидеров

нации.

— Мы были прерваны его консультантом по предвыборной кампании Дереком

Эмброузом. Я не уверена, что вы видели, но сенатор выдвинул свою кандидатуру на пост

президента через несколько часов после нашего свидания. Он застукалнас вместе в отеле

«Ренессанс»и был не в восторге от того, что увидел, поскольку для консультанта

кампании это оказалось не очень хорошей новостью сегодня.

Маргрит отхлебнула чай из чашки, спокойно сидя за своим столом.

— Что он сделал?

— Орал, настаивая на том, что я представляю угрозу для всей кампании, и заплатил мне.

Маргрит приподняла бровь.

— Тебе заплатил? За молчание я полагаю?

— И чтобы я уехала из города.

— А ты?— скептически посмотрела на меня Маргрит.

— Нет! Я взяла деньги, поскольку он бился в истерике и не переставая сувал их мне.

Знаешь, мне не нужно уезжать из города. Я не собираюсь никому рассказывать о

Мелвилле, Господи Боже ж ты мой. И вот, кстати,— добавила она, вывалив кучу денег на

стол.

— Не будь смешной. Чаевые твои, ты же знаешь. Просто в этот раз большие чаевые, чем

обычно. А то похоже, как будто ты не заслужилаих, имея дело состоль противным

человеком.

Лондон не могла не ухмыльнуться при мысли, что сказал бы Дерек Эмброуз, услышав, как

хозяйка эскорт-сервиса назвала его «противным человеком».

— Он меня так раздражает, меня никто так не раздражал. Ты меня знаешь, я не люблю

драм, но он все представил в таком свете и просто молол чепуху.

— Он всегда кажется таким спокойным по телевизору,— заметила Маргрит. —Им

очарована пресса, всегда сдержан. Он пытается сосредоточиться полностью на кандидате.

Лондон вспомнила серьезный взгляд Дерека, когда он смотрел на нее, спрашивая почему

она выбрала этот путь. Стоический мужчина, это была одна из его характеристик. Но

природная его сила была в другом.

— О, боже.

— Прости, что?—очнулась от мыслей Лондон.

— Он тебе понравился, не так ли?— голубые глаза Маргрит смотрели насквозь.

— Нет!— слишком громко стала протестовать Лондон. — Разве ты не слышаламой

рассказ? Он убежден, что я делюсь о своих любовных связях с друзьями. Как мне может

нравится такой человек?

На лице Маргритвитала самодовольная улыбка.

— Я видела его по телевизору, милая. А что там не может не нравится?

Лондон закатила глаза.

— Ты знаешь, я этим не занимаюсь. У меня нет времени, чтобы «нравится» кому-то, как

ты выразилась.

Маргрит наклонилась через стол и взялаЛондон за руку.

— Ты могла бы выкроить время. Знаешь, я никогда не думала, что это для тебя надолго. Я

надеялась, что ты заработаешь денег в безопасном местезапару лет. Я всегда думала, что

кто-то украдет тебя отсюда к настоящему времени.

Лондон пожала руку своей подруги, прежде чем убрать.

— Это очень щедро с твоей стороны, но я не заинтересована, чтобы кто-то меня спасал. Я

неплохо справляюсь сама, и я живу так, как хочу. Мне не на кого опереться, мне не

придется прогибаться перед кем-то, выслушивая какая я должна быть и как должна себя

вести.

Глаза Маргрит стали мягче.

— О, любовь моя, однажды ты расскажешь мне, что сделала твоя мать. А пока, я все-таки

хочу, чтобы ты подумала о такой возможности, как быть чьей-то любовницей или женой.

Существует много прекрасных богатых мужчин, которые будут обожать, носить тебя на

руках день ото дня, а ночью любить в кровати. Я серьезно тебе говорю, что иметь

постоянного любовникагораздо больше преимуществ по сравнению с почасовыми.

Лондон покачала головой и усмехнулась.

— Ты можешь иметь их, — сказала она. — Последнее, что мне нужноэто чтобы какой-то

мужчина говорил мне, что делать.