– Ну и что дальше?

– Мы с тобой оба понимаем, что сделать этого ты не сможешь, ангел, - мягко ответил Ник, - так что…

– Не смей говорить со мной так, словно я всё ещё твоя бесхарактерная подстилка, - прошипела Кора, вскочив с ящика, и сгребла с подоконника нож, - не можешь войти, да? Конечно, я могла бы догадаться, что ты не стал бы так медлить… Думаю, я смогу одним ударом.

– Нет, Скарлетт, не делай этого, - в голосе Николаса наконец скользнули нотки беспокойства.

Кора снова положила руку на подоконник и сжала пальцы на рукоятке ножа.

– Я смогу, - прошептала она, - я смогу или никогда больше не увижу Киннана.

– Пожалуйста, Кора, подумай о ребёнке! – с яростью крикнул Ник и с силой ударил воздух на месте дверного проёма, словно натолкнувшись на невидимую стену.

– Я не хочу думать о твоём ребёнке! – взвизгнула Скарлетт и подняла нож.

– Хорошо, Кора, я сниму с тебя браслет, - сказал Ник, и рука замерла, уже готовая сделать последнее движение вниз.

– Что?

– Я могу снять браслет, Скарлетт, - спокойно повторил Николас, - обещаю, я это сделаю. Только не так.

Кора с сомнением покачала головой.

– А как? Как он снимается, скажи мне!

– У меня есть от него ключ, - спокойно сказал князь; Скарлетт, не сводящая глаз с его лица, неожиданно почувствовала слабость. Сперва она списала это на последствия беременности, но вскоре поняла, что токсикоз здесь не при чём.

– Что ты делаешь? – тихо спросила Кора, понимая, что уже физически не может отвести взгляда.

– Скарлетт, прошу тебя, подойди ко мне.

По-прежнему не в силах отвести глаз, Кора нашарила подоконник и положила туда руку.

– Ты не умеешь просить, Ник. Скажи мне, только честно. Нет у тебя никакого ключа.

– Кора… - с видимым усилием начал Николас, - я не могу снять его с тебя.

– Я поняла, ваше сиятельство. Ваше «не могу» ведь означает «не хочу»? – язвительно уточнила Скарлетт, - я и забыла, как вы любите играть словами.

– Я не играю словами. Я люблю тебя, Кора, и ты меня любишь. Помнишь грозу в тот день, когда мы впервые занимались любовью? Это…

– Я знаю, что это, - мрачно признала Скарлетт, - слияние Света и Тьмы… Мне интересно, Ник, давно ты это планировал?

– Я этого не планировал, ангел, пожалуйста, поверь мне, - Николас снова вытянул руку, но не смог пересечь невидимую черту порога.

Кора промолчала, отвернувшись к окну. На солнце всё так же блестел Рин, и искры, отражаясь от витражного стекла, слепили, мешая сосредоточиться. Слабость прошла, и смотреть в лицо Николаса девушка больше не рисковала. В животе ничего не болело, не шевелилось, и не чувствовалось никакой новой жизни.

Скарлетт обернулась и подошла к дверному проёму; машинально подняв глаза, она увидела во взгляде Ника такую надежду, что испытала мгновенный укол совести и с трудом подавила желание извиниться. Она вздохнула и закрыла дверь, прижавшись к ней спиной.

– Кора! – крикнул Николас, и девушка отшатнулась, когда он с силой ударил по створке с той стороны. Подбежав к окну, Скарлетт схватила нож и подняла над вытянутой рукой.

– Или сейчас, или никогда, Кора, - решительно сказала она и, зажмурившись, нанесла первый удар.

========== –64– ==========

Скарлетт приземлилась за стойку, склонив голову так, что выбившиеся из небрежной косы пряди закрыли лицо. Первым порывом она собиралась было снова отрезать волосы, но почему-то так и не решилась.

Бар она не искала намеренно, просто зайдя в тот, что находился ближе всего. Она была в Тальнере, но как там оказалась, очнувшись на крыше небоскрёба, не помнила совершенно. К тому же, судя по мобильному, который лежал здесь же, рядом с огромной картой, с того момента, как она взяла нож, до того, как очутилась здесь, прошло около суток. Рука не болела, только на запястье остался бледный тоненький след от шрама, опоясывающий кисть.

Первым делом Скарлетт подошла… вернее, подползла – сил, несмотря на двадцатичасовую отключку, практически не было – к начерченной на земле карте. С её прошлого появления всё осталось нетронутым: любой, кто зашёл бы сюда, минуя запертую чердачную дверь, не увидел бы ничего, кроме совершенно голой поверхности.

Однако карта пожелала показать Коре лишь очертания рельефа и точки с названиями городов. Сколько она ни произносила имён – Киннана, Верити, даже Кима, хотя понимала, что это бесполезно, ведь фамилии Кима она не знала – не происходило ровным счётом ничего. Кора осознавала, что магия при ней: во-первых, без силы она не смогла бы покинуть замок Николаса, а во-вторых, в душе Скарлетт чувствовала нечто, вроде глубокого удовлетворения и какого-то внутреннего спокойствия.

В конце концов, ничего не добившись от карты, Кора легла, положив рюкзак под голову. Она не планировала спать, но отключилась почти сразу же – сказалась, должно быть, полная уверенность в том, что безопаснее этого круга места не было во всех пяти княжествах – и проснулась лишь спустя несколько часов. Скарлетт чувствовала себя отдохнувшей, но карта по-прежнему не реагировала. Тогда Кора переоделась, найдя в рюкзачке запасную водолазку и рваные джинсы, собрала волосы и спустилась, камнем сбив замок на чердачной двери.