– Не знаю, правда это или нет. Если она и собиралась позвонить мне, то не могла, я свой старый мобильный давно потерял.

– Ну а мне она вряд ли стала бы звонить, - с каким-то горьким весельем добавил Хоран.

– После того, что ты и твой князь с ней сделали… - с яростью начал Гэбриэл, но Рити успокаивающе погладила его по волосам, и он замолчал, устало улыбнувшись.

– Вон он идёт, - спустя какое-то время заметил Хор и завёл мотор. Ким, тяжело дыша, прыгнул на сиденье рядом с Хораном, и машина сорвалась с места.

– Езжай медленно, не привлекай внимания, - скомандовал оборотень.

– Не учи, - фыркнул Хоран.

***

Накануне

Скарлетт потянулась и, нашарив плечо Ника, не открывая глаз, подтянулась ближе. Николас запустил руку ей в волосы и поцеловал в лоб.

– Проснулась?

– А ты? – сонно пробормотала Кора и улыбнулась, наконец решив открыть глаза. Ник был уже полностью одет и полулежал поверх покрывала.

– Ты куда? – недовольно уточнила Скарлетт, натягивая одеяло на обнажённую грудь. Николас весело фыркнул и щёлкнул её по носу.

– Не хмурься, я ненадолго и не прямо сейчас.

Кора откинулась на спину и взяла его ладонь обеими своими. По запястью правой руки у него проходили какие-то непонятные надписи, скрытые рукавом рубашки.

– Что там написано? – Скарлетт осторожно коснулась пальцем одной из надписей и ойкнула от неожиданности: непонятные символы неожиданно сверкнули, словно выпустив из себя струйку чёрного дыма.

– Не бойся, ничего опасного. Это защитные руны, на древнеаралонском.

– Ты его знаешь?

– И ты знаешь, просто не помнишь, - с ноткой грусти сказал Николас, и Кора тоже вздохнула.

– Почему я помню, как играть на рояле, но не помню этого древнего языка? – скорее сама для себя, чем действительно надеясь получить ответ, спросила она, теребя пальцами покрывало. Ник молча притянул её к себе и обнял.

– Скоро у нас будет своя история, - шепнул он, и Скарлетт хихикнула, когда его горячее дыхание почти обожгло кожу.

– Меня тошнит, - сообщила она спустя несколько минут.

– Мне как раз уже пора уходить, - непосредственно сказал Николас, и Кора рассмеялась.

– Трус. Думаешь, мне очень приятно?

– Давай я попрошу Юсту с тобой побыть.

– Юста вечно торчит в лаборатории, - Кора зевнула и сползла с кровати, не особенно озаботившись тем, чтобы прикрыться.

– Не дразни меня, - усмехнулся Ник, закинув руки за голову, и Скарлетт кокетливо обернулась, отбросив волну светлых волос за спину.

– В чём дело, ваше сиятельство? Ещё не передумали уходить?

– Уже почти, - Ник, не сдержавшись, улыбнулся, и Кора подошла ближе.

– Можно мне с тобой?

– Ангел, пожалуйста, отпусти меня. Когда Илона родит, я обещаю, что все дела с радостью поручу обратно Эрону.

Кора присела на кровать и скрестила на груди руки.

– Когда ты вернёшься?

– Не знаю, честно. Думаю, скоро.

Скарлетт кивнула и, опустив руки, заметила на правом запястье небольшой шрам.

– Откуда у меня этот шрам, Ник?

– Я не знаю, - искренне ответил Николас, и Кора чуть смутилась, уловив в его взгляде грусть.

– Ничего. Неважно, - шепнула она и прижалась к его губам.

– Важно, - вздохнув, признал он, - прости, Кора. Мне очень жаль. Я люблю тебя.

– Тебе жаль, что ты меня любишь? – попыталась отшутиться Скарлетт, но поняла, что голос дрожит.

Ник молча смотрел на неё с минуту и встал.

– Я зайду к Юсте.

– Ник! – окликнула Скарлетт, но когда он обернулся, так и не решилась ничего сказать.

– Увидимся, - князь улыбнулся и прикрыл за собой дверь.

Кора подошла к шкафу и натянула первую попавшуюся майку. Пару дней назад она тайком от Николаса попросила у Ровины, Киньи и Юсты пару джинсов и несколько маек. Ник категорически не принимал повседневной одежды и предпочитал видеть невесту в платьях или брюках, которые в одиночку стоили больше всего гардероба Юсты вместе взятого.

Мысли об одежде не отвлекли Кору, как она надеялась. Даже тошнота отступала, когда Скарлетт думала о том, почему не смогла сказать Нику, что любит его. Словно что-то внутри мешало, твердило ей, что что-то не так.