– Кто там есть в карауле? Ответить можете?

– Помощник начальника караула гвардии старший прапорщик Жугин. Слушаю Вас товарищ Сталин.

Вождь слегка поморщился:

– А начальник караула далеко?

– Сейчас он у Министра обороны на докладе. Прибудет, ориентировочно через минут сорок, не раньше.

– Хорошо, тогда Вы зайдите ко мне.

– Есть, товарищ Сталин, выполняю.
– И тут же, почти без паузы от двери, - Разрешите войти?

– Заходите, товарищ Жугин.
– Высокий, крепкий военный в пятнистой зелёной форме и краповом берете, сделав три строевых шага:

– Товарищ Сталин, гвардии старший прапорщик Жугин по Вашему приказанию прибыл!

Сталин с интересом осмотрел военного, его форму, пощупал её. Многозначительно покивав, он спросил:

– Как Вас зовут, товарищ гвардии старший прапорщик?

– Вадим Васильевич, товарищ Сталин.

– Скажите мне, уважаемый Вадим Васильевич, сейчас все военнослужащие ходят в такой форме?

Жугин немного растерялся:

– Вообще то, Иосиф Виссарионович, у нас форма разная. Та, что на мне называется 'Полевая -лето', то есть на разные сезоны - своя полевая форма. Есть форма повседневная, есть форма парадная. Ещё она может различаться по родам войск.

– То есть, - Продолжил Сталин, - пехоте - одна форма, морякам другая.

В этот момент в помещение заглянул Киров:

– Коба, ты здесь?

– Да, Мироныч, заходи и полюбуйся, какая там, в будущем форма ладная.

Киров подошёл к Жугину:

– Здравствуйте товарищ... извините, звания, такого как у Вас я не знаю.

– Гвардии старший прапорщик Жугин. Здравия желаю Сергей Миронович.

Сталин снова обратился к Жугину:

– Вадим Васильевич, тут дело такое. Вы знаете кто такой Генрих Ягода? Кто он такой? Чего натворил и чего достоин?

– Знаю, товарищ Сталин, хорошо знаю.

– Вот и чудно. Кто у вас сегодня начальник караула?

– Гвардии подполковник Андреев Александр Васильевич.

– Когда он вернётся с доклада, передайте ему наш разговор. А когда я дам вызов отсюда пусть зайдёт к нам он. Дело такое, чтобы не терять время и другие ресурсы я попрошу товарища Андреева показать товарищу Ягоде мир будущего.

– Но...
– Вдруг осёкся Жугин. Неожиданно на его лице появилась улыбка хищника, - Я понял, товарищ Сталин. Мы ему покажем. Мы ему такое покажем!

Вождь мягко похлопал его по плечу:

– Вот и замечательно, что мы друг друга поняли. Всё, Вы можете идти, товарищ Жугин.

Когда дверь захлопнулась, Сталин повернулся к Кирову:

– Сергей Миронович, а ты не желаешь поработать Комиссаром ВнуДел?

Киров на мгновение задумался:

– Знаешь, Коба. Извиняюсь, товарищ Сталин, Если бы не события этих дней, то хрена бы ты меня из Ленинграда вытащил. А так... Как Партия скажет, так и будет.

С лёгкой усмешкой Сталин поднял трубку телефона:

– Александр Николаевич, товарища Ягоду ко мне к трём часам дня. Пускай прихватит с собой пяток текущих дел. Нужно кое-что с ним обсудить.

* * *

– Как на твой взгляд, с чего нужно начинать, что бы максимально облегчить работу и нашим ребятам и нашим предкам?

Министр обороны почесал в затылке:

– Знаешь, Олег, на счёт пересыла обмундирования и стрелкового оружия вопрос не стоит. Вернее стоит, но не так. Важно не когда, важно как. Однако насколько я помню, в начале тридцать четвёртого, в строившемся тогда метрополитене не было ещё станций, но тоннели с железной дорогой уже функционировали. Я прав?

– Насколько я помню, да ты прав, но я спрашивал тебя не об этом.

– Да, я понял, вот сижу, думаю...

– Ты как нормальный военный - получаешь задачу, и только потом начинаешь думать, - язвительно сказал Президент.
– А сам, что, подумать не мог?

Смирнов вздохнул:

– Я так понимаю, товарищ Главком, у тебя уже всё спланировано? Мне остаётся только получить задачу?

– Сначала, я думаю, нужно обсудить последовательность дел со Сталиным, только если он одобрит, начнём работать. Мне нужен будет сеанс связи со Сталиным на сегодня, на полдень,- тут Президент осёкся, - если, конечно, это будет удобно товарищу Сталину.

– Сейчас уточним, - Министр поднял трубку коммутатора, - второй караул, пожалуйста,... Александр Васильевич, здравствуй дорогой. Как сам, как семья? И, Слава Богу. Слушай, дело есть. Нужно спросить товарища Сталина, не сможет ли он часам, примерно к двенадцати ноль-ноль осуществить с нашим Президентом сеанс связи? Хорошо... Что ты говоришь?
– лицо Министра вытянулось.
– Я понял... Да понял я. На когда планируете акцию?... Ну, нормально, успеем всё. Ты давай про сеанс связи не забудь. Отзвонишься по результатам, я у Президента.