Шрифт:
— Пыжов, что с твоим фейсом? — остаться без язвительных шуток Игоря сегодня не получилось, — что, тебя мучили всю ночь? Хотел бы и я всю ночь с цыпочкой зависнуть, — опять "тощий зад" уселся на мой стол и с мечтательным взглядом уставился в потолок, — что-то сегодня твоей второй половины не видно… И ты своим ходом сегодня… Поссорились?
— Не знаю.
— Как так?
— Он не ночевал дома.
— Ничего себе! — рыжий даже присвистнул, — неужели тебя бортанули? Я знал, что он мудак! Помнишь, тогда вызывал меня к себе? Знаешь, что сказал? «Если из-за тебя у меня ничего не получится с Георгием, я тебя убью!» Представляешь? Правильно ты ему в глаз врезал!
«Не получится с Георгием»! Уже, видно, он получил, что хотел! Как я мог ему поверить?
— Слезь со стола! — как это меня злит!
— Что ты надулся, не я же тебя бросил!
— Игорь, можешь слезть с моего стола и помолчать? И запомни, я ни с кем не встречаюсь и меня никто не бросал. Тебе понятно?!
— Понятно, как не понять!
Остаток дня я провел, пытаясь работать, что получалось с трудом. Сказалась ночь без сна и постоянное напряжение в ожидании его появления. Как же я жалею, что связался с ним, а еще жалею, что вчера не сдержался, позвонил ему… Он не ответил, просто не взял трубку. Видно, был очень занят, вот только чем или кем? Черт! Это смахивает на ревность! Боже, я сейчас похож на свою мать, когда отец не ночевал дома. Нет! Только не это! Теперь пусть даже не думает ко мне сунуться.
Этот ужасный рабочий день наконец-то закончился. Он так и не позвонил… Ожидание выматывает. Едва опустился дома на диван, усталость накрыла меня и я уснул, даже не переодевшись. Как долго я проспал — не знаю, сон был крепкий, поэтому очнулся уже от знакомого чувства — кто-то обнимал меня сзади.
— Уходи, — я не кричал, не злился, просто тихо развернулся в его сторону.
— Прости… — хорошо, что я вижу только его силуэт. Так проще будет оставаться спокойным.
— «Прости» - это все? Я волновался, между прочим. Мог сразу сказать, что не вернешься, я же не жена, которая бы тебя не пустила. По сути — я тебе никто и терпеть измены не обязан. Просто уходи.
Я отвернулся обратно к стене.
— Это не правда, ты для меня самый близкий человек. Пышка, я люблю тебя! — он опять прижался сзади. Сердце предательски забилось. — Мы вышли из ресторана и хотели разъезжаться по домам, когда к нам прицепилась компания пьяных мужиков. Короче, я сутки просидел в КПЗ.
— Что?! Как?! А как же твои адвокаты? Право на звонок?
— Пышечка, какой звонок? Саня по ошибке врезал менту, и нам хорошо перепало уже за решеткой. Повезло, когда сменились дежурные, дали сделать один звонок.
— Это правда?
— Клянусь! Или тебе дать номера парней, с которыми я сидел?
— Думаю, это будет лишним, — в знак примирения повернулся к нему лицом.
— Можно я тебя поцелую? Я так скучал!
Не ответив, я сам обхватил его лицо руками и стал целовать.
— Ой! Ай! Не-е-е так с-и-и-ильно! — такой реакции на поцелуй я не ожидал.
— Что?! Что такое?!
— Больно!
Включив ночник, я подскочил на кровати от увиденного: все лицо было в ссадинах, одного глаза почти не было видно, верхняя губа распухла, как у Анжелины Джоли.
— Боже! – все, что я смог выдать в ту секунду.
— Все так плохо?
— Очень! Тебе нужно к врачу.
— Не хочу, лучше нежно поцелуй.
Наклонившись, нежно поцеловал, опершись рукой в его грудь.
— А-а-ай-й-й! — опять закричал он.
— Где?! Что?!
— Грудь!
Тогда я стал стаскивать с него свитер, а следом футболку.
— Боже! На тебе не осталось живого места, словно по тебе проехался каток. Так! Ты как хочешь, но эту неделю ты точно не пойдешь на работу.
— Да нет, все нормально. Терпимо.
— Ну, уж нет! Хватит мне этих сплетен, что я тебя избиваю. Будешь сидеть дома!
— Только если с тобой, — несмотря на такие травмы, его шаловливые руки поползли по моей ноге, — ты же поухаживаешь за моим телом?
— Сейчас это прозвучало пошло, — я посмотрел в его глаза.
— Ты все правильно услышал… Пышечка! — руки продолжили свое движение под футболкой, — я так сильно хочу… Можно я вставлю?
— Что?! — нет-нет-нет! Я не готов такое даже слышать! — Не сейчас! Тем более, ты весь побитый.
— А когда? — он провел рукой по моему эрогенному месту.
— Ну… Я не знаю… — боже, что он улыбается? Сейчас это выглядит ужасающе, но тем не менее… — А почему мне?.. Я тоже могу…
— Да? Можешь? Ты уверен? .. — провел рукой по моему члену, — Хочешь попробовать?..
Мне ему?! Сейчас?! Я не знаю, как! То есть… Знаю, но…
— Так! Тебе нельзя шевелиться, — убрав его руку, положил на лопатки и прикрыл одеялом.
— Пышка, ты сейчас меня динамишь?
— Нет! Ты что? Я о тебе беспокоюсь, — погладил по его волосам, — я хочу, чтобы ты себя чувствовал хорошо.