К сожалению, очень много старинных секретов самогитов, из-за неверного отношения старейшин Самогитии (правителей, старост, жрецов) к наследию предков, не сохранилось для более поздних поколений. Накопленный опыт бесследно исчез, потому что верховные руководители рьяно таили все эти тайны и изо всех сил старались, чтобы они не достались ни Западу – Европе, ни Востоку – славянам. Многое говорит об их мастерстве и умении еще до 1241 года лить пушки из железа, что свидетельствует о высоком развитии техники и технологии того времени. Некий самогит по фамилии Монтан, в 1436-1475 годах живший в Кенигсберге, сконструировал механического орла, способного не только взлетать, но даже и некоторое время летать.

В скандинавских сагах, в хронике Адама Бременского (Adam Bremensis), упоминается, что король Олаф Трюгвассон (Olav Tryggvason), одержав победу в битве при Свольде, направился дальше в земли айстиев, имея намерение провозглашать там христианство.

Снорри Стурлусон (Snorri Sturluson) пишет, что при своем посещении Прибалтийских земель в XII веке, встреченные им там люди (самогиты), умели говорить не только на своем языке, но понимали и датский язык.

Языческие верования айстиев опирались на обожествлении видимых явлений природы: они поклонялись Солнцу, Луне и Радуге. Большое уважение айстии выражали дубу, боготворили святые родники, огонь и камни. Исключительным почетом пользовался верховный бог Перкунас, а также Патулас и Патримпас.

Нора Чедвик (Nora K. Chadwick) в своей книге «Истоки истории России» отмечает: «В Ромуве – главном святилище древних лесов айстиев находились три изображения людских голов, выдолбленных в стволе священного дуба. Предполагается, что эти три головы изображали богов – Перкунаса, Патуласа и Патримпаса. Перкунас при помощи грома и молнии поддерживал связь с главным священником. Несмотря на ту роль, которая досталась Перкунасу в народном фольклоре, многие летописцы путали его со святым Блезом (St. Blaze*).

Несмотря на то, что племена айстиев были весьма удовлетворены своей жизнью, свято придерживались своих обычаев и их сохраняли, на рубеже X века поняли, что возникает опасность их отчужденности от остального мира. С Юга и Востока на их земли стали посягать славяне. Около 900-го года русский князь Игорь, убив князей айстиев Аскольда и Дира, начал править Киевом.

До 1000-го года германские племена упорно старались вытеснить айстиев с их западных земель. Чтобы защититься, айстии должны были постигать военное искусство. Претерпев болезненные жертвы и существенные убытки, они стали осознавать, что необходимо взаимное сотрудничество их племен. Постепенно земледелие уступило место военному делу, и оно стало неотъемлемой частью жизни айстиев.

До XIII века летописцы, вместо того чтобы писать «племена айстиев», не совсем точно именовали их «литовскими племенами». Объединенные полки айстиев назывались литовскими войсками. На то было основание, так как литовцы были самое многочисленное племя айстиев, а ее связи с иностранными государствами самыми крепкими. Прочный союз между Литвой и Самогитией, в первую очередь в военной области, предопределил, что эти два племени

– --------------

* Blaze - по-английски - пламя, яркий огонь.

айстиев укрепились раньше и в большей степени, чем другие братские племена.

Историк Генрик Пашкевич в книге «Происхождение России» сжато описывает мощь этого нового военного союза. «Вылазки литовцев на земли соседей, которые в письменных источниках начали упоминаться уже с XII века, продолжавшиеся и в более поздние века, без сомнения имели захватнический характер. Литва не участвовала в международной торговле, через ее территорию не проходили важные пути, связывающие дальние страны, она не имела природных богатств, которые могли бы привлекать иностранных купцов. Затаившись в своих дремучих лесах, литовцы не могли предложить другим что-то очень ценное. Даже в XIV веке по единственному пути – реке Неман литовцы вывозили только лес, шкуры, меха и пчелиный воск. Около середины XIII века в некоторых летописях появляется первые намеки о торговле литовцев со своими соседями, ее объем, наверное, был на том же уровне, как и раньше или еще более скудный. Литве из окружающего ее мира необходимо было приобрести куда больше, чем она сама могла предложить взамен. Случайный торговый обмен не мог удовлетворить потребностей жителей края. Торговля развивалась слишком вяло, не была существенной. До XIII века литовцы не имели мощной политической организации, которая могла бы обеспечить стабильность общего положения, охрану дорог и тому подобное.

«Единственным способом излить характерную литовцам энергию, обещающим быструю и легко достижимую удачу, являлись захватнические войны. В ходе этих нашествий проявилась не только жестокость вторгшихся полчищ, но энергия и мощь литовцев, а также желание приобрести у более развитых народов как можно больше различного имущества и богатств».

«Само собой разумеется, что в первую очередь грабились те местности, которые находились по соседству с Литвой. Последствия таких набегов для этих стран были весьма плачевными, поэтому, желая избежать полного истребления, они должны были добровольно жертвовать собой . Находившиеся рядом с Литвой страны были вынуждены позволять их захватническим отрядам свободно проходить в более богатые области стран, чье достояние так соблазняло литовцев. Славянские земли, кроме полоцких, имели слабое политическое самосознание и вскоре их князья стали сотрудничать с литовцами: предупреждали о насущной или приближающейся опасности, снабжали их армии продовольствием, помогали переправляться через речные переправы и тому подобное. Литовцы в свою очередь, проходя через эти территории, их не разоряли. Такие соглашения были выгодны для обеих сторон».

Польские хроники и летописи, описывающие вторжения литовцев (айстиев) в Мазовию (Варшавскую область) или в Люблинскую, Ленчицкую области, а также другие территории, часто упоминают, что много жителей захватывалось пришельцами и продавалось ими восточным странам. Таким образом, литовские племена в то время воевали, желая получить выгоду, а не с целью выжить.

Ошеломленные и запуганные славянские племена, проживавшие в областях Мазовии, Волыни, Полоцка и Смоленска, не имевшие другого выбора, начали создавать свои войска, чтобы самим отражать устрашающие нашествия язычников. Часто в целях защиты славяне нанимали корыстных крестоносцев (чаще всего это были чехи, датчане, богемцы и немцы), которые составляли основную силу их войск. Несмотря на то, что численность войск славян в четыре раза превышали объединенные силы литовцев и самогитов, все равно они позорно проиграли решающую битву, состоявшуюся в 1198 году под Великими Луками.