Шрифт:
Заманивают, подумал Веселин.
А потом на дорогу прямо перед ними выскочил большой чёрный волк.
Животное с гордым видом глядело прямо в лица застывшим на месте путешественникам и молча - без рычания - скалило зубы. Клыки впечатляли.
Особенно сильно впечатлился молодой Хмырь. В поисках защиты он попятился назад и вцепился в руку Грдлички цепкими мутантскими пальцами. Йозеф поморщился - видно, Хмырь причинил ему изрядную боль.
А что же солдаты?
В тишине Хрусталёв щёлкнул предохранителем на автомате, потом неловко завозился и виновато произнёс:
– Чёртов патронник! Снова патрон заклинило...
А Рябинович? Он-то чего медлит?
– Погоди, - сказал тот Хрусталёву, - мне кажется, это не мутант. Это честный волк, и с ним можно договориться.
– Как?
– Хрусталёв по-прежнему лихорадочно возился с автоматом.
– Сейчас покажу!
– Рябинович выступил вперёд.
Волк обратил внимание на солдата и впервые явственно зарычал. Рябинович остановился в пяти-шести шагах перед сгрудившимися перепуганными спутниками. Немного пригнулся, чтобы оказаться на уровне волчьих глаз. Странный, необычный солдат.
– На том свете был?
– вдруг строго спросил Рябинович у волка.
Волк повёл головой, что-то прорычал.
– Был!
– утвердительно произнёс укротитель. Или он перевёл с волчьего языка на русский?
– Мёртвых видел?
– продолжал Рябинович свой непонятный допрос.
– Видел!
– ответил он же сам за волка. Волк не возражал, вероятно, был полностью согласен с такой интерпретацией своего рычания.
– Мёртвые кусаются?
– Нет.
– И ты не кусайся!
– повелительно заключил Рябинович.
Волк на пару мгновений словно призадумался - и освободил дорогу.
Глава 7. А звенья у цепи вот-вот перетрутся
1. Веселин Панайотов, этнограф
Вот так всё просто.
Волк на пару мгновений словно призадумался - и освободил дорогу. Четверо же спутников обалдело таращились на Рябиновича - и как у него получилось? Странный, странный солдат.
– Что это было?
– прямо спросил Веселин.
– Полесский заговор на встречу с волком, - ответил Рябинович.
Панайотов кивнул. Да, заговор, а точнее вербальный ритуал-оберег. Вообще-то он уже догадывался - читал о подобных магических практиках, только почему-то не верил, что они так запросто работают.
– И что, любого волка вот так можно?
– присвистнул Хрусталёв.
– Волка-мутанта? Не думаю!
– усомнился Рябинович.
– А так любого.
Юный Хмырь, который как раз унял крупную дрожь и приободрился, подал свой несколько нетвёрдый голос:
– Тю... Так с мутантом я бы договорился. Они слушаются. У нас с ними...
– Общность?
– подсказал Веселин.
– Общий хозяин, - сболтнул мутант и тут же резко заткнулся, даже рот прихлопнул ладонью.
Веселин хотел бы расспросить о хозяине, да по вытаращенным от нового ужаса мутантским глазкам Хмыря поневоле догадался: парень и так нарушил табу. Больше ничего на эту тему не скажет.
Да и не Хмырь сегодня герой дня. Рябиновича надо спрашивать.
Хрусталёв - тот от товарища не отставал:
– А что, долго ты тренировался? Ну, чтобы волка - так.
– Да не тренировался я, - пожал плечами Рябинович.
– У нас в селе все так могут. Точнее, могли, - поправился он.
– А что, в вашем селе практиковали тайные знания?
– оживился и Грдличка.
– Наверное, там жили посвящённые каббалисты?
– Какие такие каббалисты?
– нахмурился Рябинович.
– Ваши, еврейские, - объяснил уже Хрусталёв, - которые "Каббалу" читали. Книга у вас такая - секретная. Там про какие-то цифры на дереве.
– Сколько раз говорить!
– возмутился волчий укротитель.
– Я не Рабинович, я Рябинович. Какие там ещё евреи? Белорусское Полесье, село Рябиновичи - у нас там кругом рябины растут. И далась вам моя фамилия: в нашем селе все - Рябиновичи. Несколько Калиновичей было - но те из соседней Калиновки. А "Каббалу" мы не читали. У нас и грамотных-то не много - учитель ещё когда сбёг: в прошлом поколении.
– Всё правда, - счёл нужным подтвердить Веселин, - этот оберег - явно из устной славянской традиции. Не каббалистика. Так ваше село, Рябиновичи - где-то сравнительно недалеко? До Белоруссии отсюда рукой подать. Замок Гомель - он даже ближе Чернигова.