– Это ты так ситуацию видишь, - прервал его я.
– Если ты поговорить об этом хочешь, то я тебе расскажу, как дело было на самом деле, только ты не поверишь мне нихуя.

– Если правду скажешь - поверю.

– Хуй с ним. Только попить дай.

Я протянул руки к Жеке. Он с кивком протянул мне бутылку. В последний момент я кинулся на него. Нож спрятанный в одной из рук он не заметил. Лезвие вошло в артерию. Я понял это. по мощной струе крови, ударившей из его шеи, когда я вырвал нож и откатился в сторону.

Его брат среагировал быстрее, чем я ожидал. Он вскочил, выхватывая автомат из-за спины. У меня остались доли секунды чтобы решить, как быть дальше. И я решил. Я слишком далеко от него, но лампа стоит прямо возле меня. Быстрое движение, щелчок выключателя и полная темнота. Я быстро встаю и прыгаю в сторону. Вставая, зацепляюсь ногой за шпалу - падаю. Нож вырвался из рук и проебался во мраке. Блядь! В этот момент темный тоннель разрывает автоматная очередь. Звук отражаясь от стен чуть не разрывает мне перепонки. Я цел. Видимо стреляет куда попало - боится, что я подкрадываюсь к нему под покровом темноты. Не зря, но план у меня немного иной. С ножом все вышло бы значительно лучше, но что поделать, придется импровизировать. Снова короткая очередь. На этот раз я видел, что он стреляет куда-то вбок - дульная вспышка его выдала. Я хотел действовать сейчас, но решил дождаться другого момента...вот этого. Он включил фонарь и направил в последнюю точку где меня видел, до того, как отрубился свет. Поняв, что там нет моего разорванного пулями тела, он судорожно дернул фонарь в противоположную моей позиции сторону - туда где хрипит на рельсах Жека. Хотя, может уже и не хрипит - нихуя не слышу кроме дикого звона в ушах. На какое-то мгновение он оказался повернут спиной ко мне, и я отчетливо видел его силуэт на фоне света фонаря.

Не теряя времени, я бросился на него и накинув цепь от наручников на шею, упал назад, повалив рыжего пидора на себя. Автомат выпал из его рук. Он ухватился своими руками за мои, пытаясь ослабить давление. Фонарь валялся где-то далеко и светил в другую сторону, так что мы боролись в полной темноте. Черт, не помню, был ли у этого мудака нож в разгрузке. Но вот пистолета ни у него, ни у его брата не было точно, это я еще у входа в тоннель приметил. Короче, пока этот пидр держит руки на моих, можно ни о чем не беспокоится. Нужно усыпить его как можно быстрее. Я натянул цепь настолько сильно, насколько это вообще возможно. Наручники впились в мои кисти, из прикушенной от усилия губы пошла кровь - я почувствовал ее вкус.

Вдруг, рыжий уебок резко опустил руки куда-то вниз. Блядь, уж точно не хуй он там достать решил. Я уперся ногой в рельс и оттолкнувшись перевернул его на бок. На живот он так и не перевернулся, видимо уперся грудью в другой рельс. Я быстро подтягиваюсь, упираюсь ему коленом в затылок и тяну цепь что есть силы.

Да отрубайся ты, мразь! В этот момент мою ногу пронзает боль. Уебок меня порезал. Бля буду, уебок меня порезал. Надеюсь не серьезно. Я ослабляю хватку, опускаюсь ниже и зверским рывком снова натягиваю цепь, вдавив колено в затылок рыжего пидора. Падаю набок, но не ослабляю хватки. В любую секунду я ожидаю еще одной вспышки боли от удара его ножа или хуй знает, чем он там меня пырнул. Но этого не происходит. Я понимаю, что он больше не сопротивляется. Отрубился наконец-то. Или притворяется? Хуй его знает. На всякий случай я не ослаблял хватку еще несколько минут. Мое лицо было мокрым от пота. Наконец я убрал руки с наручниками с его шеи. Запястья болят нереально. Нога - еще сильнее. Я встал и быстро подошел к фонарику. Надо найти нож. Взяв фонарик, я осмотрелся. Нигде не видно. Хер с ним. Пока разберусь так.

Я вернулся к задушенному рыжему уебку, положил его головой на рельс и начал с силой бить подошвой сапога по голове, стремясь размозжить череп об сталь. После нескольких десятков ударов я посветил на него. Да, он определенно мертв. От головы почти нихуя не осталось. Похоже, что он упал на этот рельс с высоты метров в триста. В кровавой каше из волос, мозгов, кожи и кусков черепа, я смог разглядеть глаз, вытянувшийся из черепа и свисавший с рельса, перевалившись через него. Фу блядь. Аж противно.

Я подошел к Жеке. Он лежит там же, где я его оставил. Читает книжку про космические путешествия и пьет мохито с зонтиком из зеленой папиросной бумаги. Нет блядь. Он сдох. Он лежит в луже крови, с белым еблом и синими губами, и удивленно выпучив глаза, смотрит в потолок, как бы говоря: «Ну нахуя мы сели покурить, даже не держа подконвойного на мушке, и вообще смотрели в другую сторону и даже дали ему нож в личное пользование? Не уж то мы решили, что мы настолько невзъебенные морские котики, что нас не сможет убить голыми, скованными в наручники руками этот отважный богоподобный атлет, исполненный мужества и могущества?».

Я дал ему ногой по еблу за такие мысли.

– Вы все сделали правильно, ребята. В моем присутствии люди расслабляются и теряют бдительность. Это нормально. Просто, я душа компании. Не смей себя винить.

Через пол часа я, облаченный в черную прыжковую форму, черную разгрузку и высокие черные ботинки на шнуровке, покинул место привала. В каждой моей руке было по охуенному черному фонарю-дубинке. Свой я оставил Жеке. Руки у него совсем ослабли - нихуя не держат, так что я засунул ему его в рот. Фонарик не хотел влезать, но я забил его ногой. Он все-таки уместился, но вот челюсть немного сорвалась с петель и, порвав ебло, вылезла наружу. Но это уже мелочи - попросит мамку подшить.

В голове звенеть перестало буквально несколько минут назад. За моими плечами висел тяжелый рюкзак. Я собрал в него все самое ценное из вещей рыжих братьев. В нем много еды, патроны для автомата и тысяча рублей денег. Еще там был самодельный шестизарядный револьвер. Также я, ясен хуй, взял с собой оба автомата. Порез на ноге оказался незначительным, так что просто перемотал его бинтом, который нашел в одном из рюкзаков

По моим оценкам, до станции осталось не больше получаса ходьбы. С Гагаринской нужно валить сразу. У них телефонная связь с тюремной. Хотя, хер его знает, может быть за эти годы телефонная связь налажена уже со всеми станциями. Короче нужно как можно быстрее добраться до Советсткой, забрать свой охуенный обрез и бабки, и съебывать на поверхность. Вот что делать там - хуй его знает. Может проверить тачку свою? Чем черт не шутит, вдруг не разграбили за эти годы? Да, может быть так и сделаю. В любом случае, мне нужен стартовый капитал, чтобы начать новую жизнь.