— Почему же, нет. Мне просто не нравится стоять рядом с тремя ликанами посреди школьного коридора, где столько людей.

— Сердишься из-за дуэли? Да не будет ничего. У нас мир, дружба, жвачка и никаких проблем! — засмеялся Бартон без тени веселья. — Мы приняли во внимание твою просьбу.

— Да? Что ж, я очень рада. Если вам больше нечего мне сказать, тогда я побежала. Мне надо помириться с Джерри. Пожелайте мне удачи!

— Удачи! — послушным хором пожелали ликаны. Ну, просто ангелы, когда хотели ими быть.

Впрочем, к своему огромному сожалению, Джерри я так и не нашла, хотя очень старалась. Он как сквозь землю провалился. Отчаявшись обнаружить его в хитросплетении школьных коридоров, я в унылом настроении пошла на алгебру. За почётной первой партой среднего ряда уже сидела вездесущая Жюстина, но я полностью её проигнорировала, словно её никогда не существовало. Нечего было тратить многострадальные нервы на всяких там противных личностей с дурным характером.

После минутного ожидания прозвенел звонок, показавшийся мне громче пароходной сирены. Мы поднялись со своих мест, приветствуя входившего в класс мистера Льюиса. Он был не один. Рядом с ним с чувством собственного достоинства шагал новенький, о котором мне успели рассказать и Нэнси, и Марго.

Высокий парень, ростом не меньше 6’3’’* футов. Короткие светлые волосы. Точёные черты лица. Выразительные глаза — то ли серые, то ли голубые.

— Знакомьтесь, дамы и господа, это наш новый ученик. Его зовут Эрик Скарсгард. Он только что приехал из Нью-Джерси, поэтому помогите ему освоиться в Стоунбридже, — на удивление приветливо произнёс математик. — Кстати, мисс Хайд! — внезапно окликнул он меня.

Я растерялась и слишком резко встала, расправив плечи и вздёрнув подбородок. Это выглядело странно и неуместно в школе, но выработанная Жаклин привычка опять меня подвела. Пришлось срочно изображать приступ боли в пояснице до тех пор, пока все не отвернулись.

— Да, мистер Льюис, я слушаю.

— Я помню, что у Вас сейчас сложный период, и мне кажется, Вам не повредит отвлечься. Возьмёте новенького под свою опеку? Покажите ему школу и ответьте на возникшие вопросы, если будет нужно.

— Как скажете! — ответила я, усмехаясь и втайне радуясь удачному стечению обстоятельств.

Я как раз хотела выяснить, зачем кому-то в трезвом уме было ехать через всю страну из „штата садов“ сюда, в это чёртово место, где шанс встретить монстра стремился к бесконечности.

— Только, я Вас очень прошу, без фокусов.

— О чём Вы? У меня всё без фокусов. Всегда, — невинно захлопала я ресницами, слушая смешки одноклассников.

— Постарайтесь вести себя достойно. Не нужно сбегать с уроков, например, или устраивать разборки с одноклассницами! Не думайте, что Ваше поведение никак не повлияет на рекомендацию в колледж.

Я нарочито медленно кивнула, а потом перевела взгляд на новенького. Он с интересом изучал меня, уделяя слишком много внимания лицу. Если бы не уверенность в отличном макияже и выспавшемся виде, я бы наверняка смутилась. А тут — ничего подобного!

— Эрик, садитесь к Эстер. Она, как видите, сегодня сидит одна. Кстати, мисс Хайд, где Ваш сосед?

— Ему нужно было уехать по личным причинам.

Я не смогла удержаться и снова усмехнулась. Меня позабавило, как прозвучал мой ответ. Я вроде бы и не солгала, но и всей правды не сказала. Если так пойдёт и дальше, пойду писать отмазки для прогульщиков.

— Понятно… Надеюсь, у него серьёзные причины для прогулов. В этом году он стал так плохо учиться!

— Я передам, что Вы беспокоитесь за его успеваемость, — сказала я и чинно села на своё место.

Если я один раз сорвалась и немного перегнула палку при мистере Льюисе, то это был ещё не повод постоянно меня дёргать… Хотя я бы на его месте поступила точно так же, факт.

Тем временем, Эрик подошёл к моему столу и вопросительно посмотрел на меня.

От пронзительного взгляда Скарсгарда я почему-то растерялась и не могла связать слова в предложения. Я выглядела отлично, зато вела себя странно и необъяснимо даже для меня самой. И состояние безмолвной амёбы мне здорово не понравилось. Пришлось прибегнуть к любимому действенному способу — хамству.

— Садись, — пригласила я новенького хриплым голосом. Он пожал плечами и молча сел, как было велено. Чёрт, неразговорчивый какой. — Значит, ты — „садовод“? — спросила я, намекая на вольное название штата Нью-Джерси.

— Да, — ответил Эрик. И всё? Да я такими темпами разговорю его только к концу года!

— А откуда конкретно?

— В Америке из Ньюарка.

— Как это?

— Шведские корни.

— Ничего себе! Дай угадаю — из Стокгольма? — нашарила я в памяти название столицы Швеции.