Вегана скрывал можжевельник, и вдоль узкой полоски берега можно было сбежать в чёрный провал спящего леса. Но лис принял другое, на первый взгляд очень глупое решение. Он бросился в клетку, и дверь захлопнулась с неприятным щелчком.

Яри, виртуозно ругаясь, перелез через можжевельник и остановился у клетки. Черты серого лица под чёрной шляпой сложились в рисунок недоумения.

— Не понял, — сказал он, по обыкновению сунув руки в карманы. — Это чё за байда?

Веган, вздрагивая, смотрел на то, что помещалось между чёрной шляпой и серым комбинезоном.

— Краеведова живность, что ли? — спросил сам себя Яри.

Он пригнулся к решётке, ковыряя жёлтыми глазами пленника. Лис вжался в угол, как улитка в раковину.

— Шкура, что надо! — заключил Яри. — А бумагу потом сделаю.

Он отправился к машине и вернулся с пластмассовой переноской для собак. К его удивлению долго возиться с лисом не пришлось. Веган сам зашёл в переноску. Правда, он так тявкнул на Ярвинена, что тот вздрогнул и сказал: «Но, но!»

Затем Яри снова насторожил ловушку, и через минуту клещ с белой надписью уполз прочь от старой пристани.

Переноска с лисом стояла на переднем сидении, так что Веган видел куски деревьев и домов, из которых мысленно складывал цельную картину. Автомобиль ехал к южному побережью. К той самой деревне, где недавно Криволапыч безрезультатно пытался подсчитать местных птиц.

Машина кровавой каплей покрутилась между скрытыми в лесу хуторами, пробежала мимо древних захоронений — гордостью муниципалитета — и взобралась на лесистую горку, похожую на голову с зелёным чубом.

Тут стоял какой-то пришибленный дом, будто кто-то треснул его огромным молотком и от этого дом стал ниже и раздался в стороны, словно раздавленный клубень картофеля.

Яри вытащил переноску и, помахивая ей так, что пленника затошнило, вошёл во двор.

Хотя дом-картофель торчал на продуваемой ветрами горе, запах тут царил чудовищный. Его безжалостно распространял бывший каменный коровник, приспособленный под хранилище навоза. С этими испарениями не могли справиться ни здоровый морской воздух, ни душистые сосны. Волны отвратительного запаха распространялись на многие километры, обрушиваясь на древний Турку и достигая иных отдалённых балтийских островов.

С обратной стороны к коровнику прижималась старая, почти бесформенная, клетка. Яри ногой приоткрыл дверцу и вытряхнул туда рыжий меховой комок.

Веган больно упал на бок. Но тут же встал и огляделся. В дальнем углу, свернувшись кренделем, спал Криволапыч.

Лис подбежал к нему и ткнул носом, как делал, включая компьютер. И Криволапыч «включился». Правда, спросонья, он едва не тяпнул друга, приняв за похитителя.

— Ты чего тут делаешь? — спросил он, удивлённо.

— Тебя искал, конечно.

— И в клетку попался?

— Сам зашёл. Я решил, что Яри привезёт меня к тебе и, видишь, не ошибся.

Криволапыч невесело усмехнулся.

— Говорил я, что воспитанность до добра не доведёт! Теперь он и тебя пристрелит.

Оказавшись в безвыходном положении, Криволапыч перестал бояться. Он стал непривычно серьёзен и спокоен.

Чавкая по смешанной с навозом грязи, из-за угла появился Яри. Он шёл в компании некрасивой женщины, чьё лицо напоминало перезревшую брюкву. Женщина тоже была в комбинезоне. Она приблизилась к сетке и уставилась на лиса.

— Это не Виртанена зверюга?

Яри пожал узкими плечами и плюнул под ноги.

— На нём не написано. Зато все знают, что лисы разносчики бешенства!

Женщина провела широкой рукой по прошлогодней траве жидких волос.

— А шкурка хороша!

Яри кивнул.

— На стольник потянет. Тащи пушку.

«Брюква», переваливаясь на ходу, зачмокала за угол. Яри снова сунул руки в карманы и, отвернувшись от клетки, прошёлся взглядом по серому полю, на которое бодро выползали зелёные тракторы.

— За ружьем пошла, — шепнул Криволапыч.

— А если будем быстро бегать? Может, не попадут?

— В первый раз не попадут, а во второй вмажут. — Криволапыч вздохнул. — Помирать лучше без беготни.

Явилась «брюква» с ружьем.

— Три кубика хватит?

— С ручками, с ножками, — кивнул Яри и сдвинул шляпу на затылок, чтобы не мешала целиться. — На второго взяла?

Женщина показала зажатый в кулаке шприц.

Яри ухмыльнулся.

— Ну, теперь-то я не промажу!

Он сунул необыкновенно широкий ствол в ячейку сетки. Яри пару секунд выбирал цель, после чего остановился на рыжей спине. Вдруг енотовидная собака вышла вперёд и загородила лиса.