Крип коротко кивнул и направился вдоль по коридору. Всё что ему было нужно, он узнал, теперь оставалось только пойти и забрать свою девочку. Лишь бы эльфы не передумали. Ребёнок, это очень сильный аргумент во влиянии на Крипа и сами эльфы этого не могут не понимать.

Зал Совета, встретил Ксанку ослепительным сиянием света и тихим гомоном певучей и завораживающей эльфийской речи. Речи, которую она, на свою беду, понимала. Обсуждали эльфы сейчас только одну тему — появление на совете всеми ненавидимого оборотня. В своё время Хазеель знатно погонял её, заставляя досконально выучить эльфийский язык.

Стоило девушке переступить порог зала, как эльфийская речь стихла, и все присутствующие в зале эльфы уставились на неё. Что ж, многообещающее начало.

Девушка невозмутимо прошла до середины зала и встала, высоко подняв голову. Первым делом она осмотрелась. Зал впечатлял, своими размерами, количеством света и невероятной красотой. По периметру зала стоили мягкие скамьи со спинками, на которых восседали эльфы. Скамьи шли двумя полукругами и при этом, на разном уровне от пола, получалось очень симпатично и функционально.

Ксанка стояла, эльфы молчали, и никто из них не стремился первым нарушить установившуюся тишину. Наконец отворилась одна из дверей зала, и в него неспешно вошёл Владыка с Сантионом по правую руку от него. Эльфы вскинулись в едином порыве, показывая, что заметили своего владыку.

Каоэнтель величественно поклонился и сел на своё место. Всё то время, что владыка шёл к своему месту и устраивался на нём, Ксанка успела как следует его рассмотреть. Красивый мужчина, очень красивый и очень холодный. При взгляде на Владыку, по спине девушки побежали мурашки, а внутри что-то оборвалось, от нахлынувших противоречивых эмоций.

Владыка осмотрел зал, с таким величественны видом, что все разговоры мгновенно стихли. Советники встали и поприветствовали своего Владыку в едином порыве.

Как только все уселись на свои места, Владыка перевёл взгляд на оборотня. Ксанка скорее почувствовала, чем увидела, как нити чужого внимания устремились к ней. Ничего враждебного она в этом не почувствовала, но всё равно стало неуютно.

Некоторое время в зале царило молчание, а потом Владыка кивнул, будто с чем-то соглашаясь, и заговорил.

— Приветствую тебя дочь леса.

Ксанка встала, слегка склонила голову и ответила. — И я приветствую тебя Владыка Каоэнтель. Повелитель перворожденных и Властелин Древнего леса.

Вы хотели меня видеть, я пришла.

Брови Владыки слегка приподнялись, а затем невозмутимое выражение вернулась на его лицо.

— Ты знаешь, для чего тебя пригласили, дочь леса.

Ксанке очень хотелось скептически хмыкнуть, так как на приглашение, всё то, что происходило в последнее время, походило очень мало, но сдержалась.

— Да, я знаю, для чего ступила под сень вашего леса. Но, вынуждена вас разочаровать, мне не удастся вернуть вам то, что вы искали в человеческих землях.

По рядам эльфов прокатился возмущенный ропот, однако, стоило Владыке посмотреть на недовольных и всё стихло.

— Ты можешь объяснить?

— Да, Владыка. Я не в силах вернуть вам посох Фаэля, потому, что артефакт признал меня своим носителем. И я не в силах разорвать эту связь. Забегая вперёд, могу сообщить, что вашим магам это тоже не под силу.

— Почему ты так в этом уверена.

— Я слышу его. Он говорит со мной, и он говорит, что моё предназначение выполнить пророчество.

После этих слов, зал просто взорвался голосами. Эльфы что-то громко друг другу доказывали, ругались, возмущались и Владыка не пробовал это остановить. Пока советники выплёскивали свои эмоции, эльф пристально рассматривал девушку-оборотня. Красивая, молодая и опасная. Было в этой девушке что-то, что нельзя было выразить словами, но эмоциями воспринималось очень даже хорошо. Это же чувство подсказывало Владыке, что она говорит правду — у них не получится разорвать связь, а значит, выполнять пророчество отправится не послушная воле Каоэнтеля марионетка, а опасный и непредсказуемый почти враг. Не самый лучший расклад, но теперь уже ничего не поделаешь.

Владыка посмотрел на галдящих советников и недовольно поморщился. Эти крикливые убожества, уже давно не выполняли своих прямых функции. Здесь он были лишь для отвода глаз, все решения уже давно принимал он сам, единолично и это всех устраивало. Девушка могла нарушить многие его планы, но горькая правда заключалась в том, что её смерть сейчас, могла нарушить их ещё сильнее, если не привести к полному краху. Так что, хочет он того или нет, но пока время не пришло, он будет оберегать её и буквально сдувать пылинки, а уж потом. Эльф неприятно усмехнулся, но тут же взял себя в руки и постарался погасить улыбку. Его срыв был столь коротким, что никто не успел увидеть скрытых эмоций Владыки, никто кроме наблюдавшей за ним Ксанки.