– У меня не было выбора, - уже в сотый раз злостно шепчу себе под нос.

Действительно ли не было? Он псих и несет полную ахинею, но рядом с ним я почувствовала себя значимой, нужной, незаменимой. Это странное чувство. Будто я единственная в мире инъекция от его помешательства и без меня ему не спастись.

– Вздор! – восклицаю я, беспомощно заламывая руки, своим безумным мыслям.

Порой такие дурные размышления доводят меня до сумасшествия. Мне кажется, я уже на грани. Еще чуть-чуть и совсем сойду с ума.

– Джанин, что ты там застряла? Я опоздаю на работу, - ворчит Джереми.

Он вернулся на прошлой неделе. Сегодня в обед он решил заскочить ко мне и пообедать, а после подбросить меня на работу.

С приездом из Европы Джереми ни на шаг не отходит от меня, ходит за мной по пятам, а если я на учебе или работе – пишет тысячу эсэмэс и звонит по сто раз на дню. Это все странно. Он никогда прежде себя так не вел. Может, он действительно скучал по мне.

– Все, я готова, - хватая сумку, отвечаю я.

Закрываю дверь, и мы выходим на улицу. Через дорогу припаркован белый джип Джереми.

Все происходит слишком быстро, чтобы я могла хоть как-то отреагировать. Спустя только долгую, жуткую минуту понимаю, что Лефрой набросился на Джереми. Это не было похоже на драку, скорее на столкновение, но очень мощное, будто бы парень изо всех сил пытался сбить с ног Джереми. И у него это выходит. В идеально синем отглаженном костюме Джереми распластался на грязном асфальте, а на нем уже сам Лефрой в потертых джинсах и старой рубашке.

Все что я могу сделать – это только беспомощно вскинуть руками и вздохнуть, что я и делаю в следующую секунду.

Джереми отпихивает его от себя, и парень валится на спину без сопротивления. Я не успеваю остановить Джереми, когда он со всей силой врезает парню кулаком в челюсть. Лефрой силен и он сильнее Джереми, но почему же он не защищается? Не то, чтобы я была на его стороне, но смотреть на подобное жалкое зрелище невыносимо.

Как только парень начинает говорить, а точнее нести полную чушь, понимаю, что он пьян до чертиков.

– Детка, не подашь мне руку? – язык у него заплетается, и я едва разбираю, что он говорит.

Джереми рассек ему губу и из нее так и хлыщет алая кровь. Не смотря на то, что он здорово пьян, голос его такой же таинственный, выразительный и охрипший. Наверняка, он курит.

– Ты его знаешь? – строго спрашивает Джереми.

Я не знаю, что ответить.

– Даже не смей говорить с ней, урод! Она моя! – все еще валяясь на асфальте, кричит Лефрой.

– Джанин! – требует от меня ответа Джереми, игнорируя немыслимые и весьма неприличные ругательства со стороны Лефроя, которые ели как поднялся на ноги.

– Не то, чтобы мы были знакомы. Я только знаю, что его зовут Лефрой, - отвечаю я.

И это правда. Да, я умолчала о его психическом отклонении, но ведь я и сама точно не знаю. Это всего лишь мои догадки.

– Идем, Джанин, - Джереми хватает меня за руку.

Я не сопротивляюсь и позволяю ему тащить меня вперед, оставляя позади пьяного Лефроя, что замолчал, наконец.

Но не тут-то было, ели волочась, Лефрой настигает нас и снова наваливается на Джереми. На этот раз оба удерживаются на ногах. Джереми с презрением отпихивает парня и тот снова валится наземь.

– Оставь его. Он пьян, - вырывается у меня, когда Джереми хватает его за воротник обеими руками.

Мой голос дрожит.

Мой сдавленный вздох повисает в воздухе, когда Джереми игнорирует мою просьбу и снова ударяет его кулаком, на этот раз в висок.

Кровь все еще хлыщет из разбитой губы Лефроя, а сам он изо всех сил старается держать глаза открытыми.

И тут происходит то, чего я никак не ожидала.

– Мы увидимся с тобой во снах, малышка, - шепчет, ели внятно парень.

Весь мир кренится перед моими глазами, уши заливает непонятный, громкий звон.

И мысленно я переношусь назад в прошлое.

Мне семь лет. Мама укладывает меня спать, нежно поглаживая мои волосы. Ее смутный образ. Я притворяюсь, будто сплю, когда она тихо плачет, прижимая меня к себе. И последнее, что она говорит мне: «Мы увидимся с тобой во снах, малышка». Утром, когда я проснулась, ее уже не было в моей жизни. Она ушла. Она оставила меня. И сколько бы я не старалась забыть, это воспоминание, прочно засело глубоко во мне. Никто не знал об этом. Никто. Я ведь не говорила об этом даже тети Лиззи. Это слишком сокровенно. Только мое. Откуда он знает об этом? Совпадение ли это?