Лефрой убедил меня поговорить с ним всего один раз, после чего он оставит меня в покое. Я была заложником в собственной квартире и не согласиться просто не могла.

Что ж мне нравится, что мы будем говорить в людном месте. Здесь я вольна вести себя, как мне заблагорассудится, и он даже не посмеет тронуть меня и пальцем.

Сажусь на противоположный диванчик и смотрю в окно. Люди, словно муравьи, уже спешат куда-то с утра пораньше, не смотря на то, что сегодня суббота.

Лефрой садится напротив меня, и я чувствую, что он буравит меня своим злым взглядом. Замечаю на его шее, сразу под подбородком две глубокие царапины от моих ногтей.

– Доброе утро. Что будете заказывать? – спрашивает официантка, что бесшумно появилась возле нас.

Пока я с надменным видом беру меню в руки и открываю его, Лефрой тут же выпаливает:

– Один большой американо, блинчики со сгущенкой, а для девушки двойной карамельный макиато с обезжиренным молоком, без сливок и три пакетика сахара, пожалуйста.

– Что?! – слишком громко спрашиваю я.

Официантка, которую зовут, судя по бейджику, Аманда, таращит на меня глаза, как и те немногие посетители, что сидят за соседними столиками.

– Хочешь есть? Мне казалось, утром ты не ешь, - пожимает плечами Лефрой.

Отрицательно качаю головой и выжидающе смотрю на официантку.

– Это все? – не унимается она.

– Да, - спокойно отвечает Лефрой.

Как только «милашка» Аманда нас покидает, я подаюсь вперед и шепотом наполненным ужаса, спрашиваю:

– Откуда ты знаешь про кофе, что я пью и про три пакетика сахара и про факультет журналистики?

– Ты, наверное, еще не проснулась, раз задаешь такие вопросы, - смеется он.

– Что? Ты точно душевнобольной и тебе нужно лечиться в психушке! – выпаливаю я.

– Может ты и права. Но моя болезнь – это твоя заслуга!

Не успеваю я возразить, как Аманда снова появляется возле нас с подносом в руках.

Недовольно высыпаю три пакетика сахара в свой кофе и помешиваю его, пока Лефрой не сводит с меня свой больной взгляд.

– Итак, теперь поговорим. Хотя я даже представить не могу, о чем я могу с тобой говорить? – закатываю глаза.

– Хорошо. Поговорим.

– Я тебя очень внимательно слушаю! – подношу чашечку к губам.

– Мы поговорим, но зная твою импульсивность, попрошу дать мне обещание, что ты выслушаешь меня до конца, а потом скажешь все свои возражения.

– Обещаю, - отвечаю я.

– Хорошо. Я высказываю свою точку зрения, и я надеюсь, что ты потом расскажешь мне свою версию событий.

– Мне нечего тебе рассказывать.

– Джанин, - смеряет меня взглядом.

– Расскажу все, что знаю, - киваю я.

– Джанин… ты знаешь, что мне нужно от тебя, но упорно пытаешься избегать и меня и моих вопросов. Я приехал, чтобы узнать ответ всего на один единственный мой вопрос. Почему ты оставила меня? Что случилось? И я уверен, что заслуживаю объяснений, а не этой глупой беготни за тобой. Просто ответь мне, и я оставлю тебя, а ты сможешь преспокойно наслаждаться обществом твоего богатенького женишка, - на последнем слове его голос дрогнул, а лицо исказилось от злобы.

От его слов и я себя почувствовала неудобно. Меня задели его слова, будто это было на самом деле, будто он говорит правду, будто я действительно когда-то, может в другой жизни, была с ним и оставила его.

Но все этот ложь. Или недоразумение. Сейчас это мало, что меняет.

– Это все не взаправду. Это ложь. Ничего не было у нас с тобой. Никогда, - шепчу я.

– Не смей так говорить! – он кричит на меня. – Посмотри на меня! Посмотри мне в глаза! – яростно требует он, и я повинуюсь.

Его серо-зеленые глаза бегают, вглядываясь в мои. Он что-то искал, и мне казалось, будто он проникает в мою душу. Шумно вздохнув, опускает голову, отводя взгляд. Он не нашел того, чего искал.

– Я не знаю тебя. Никогда не знала, - продолжаю я.

– Замолчи! – шипит он и его лицо искажается от невыносимой боли.

Не знаю, что происходит, но прекрасно понимаю, что мои ожидания оказались пылью, по сравнению с тем, что он несет. Я рассчитывала на маленькое психическое отклонение, а оказалось у него настоящее помешательство!

Его больной, истерзанный взгляд. Я его никогда не забуду, пусть он и псих.

Тупая игла засела в сердце, и я всячески пыталась ее не замечать. Ну, вот и все! Я ухожу. Даже если бы я осталась, это было бы бессмысленно, потому что я не могу ему помочь. Ничем.

Глава 9.

Не смотря на то, что я не ответила на его вопрос, он сдержал свое обещание и оставил меня в покое.

Последний раз я видела его, несколько недель назад, сгорбившегося за белоснежным столом, на котором стояла чашка моего остывшего кофе. Я оставила его. Я ушла.