– Поставьте на тумбочку. Да. Да. Спасибо.

"Умыться надо", - подумала я про себя, скользнув взглядом по одному из зеркал, и добавила: - "И одеться нормально".

Мысли ворочались вяло и неохотно, я была разбита, подавлена, опустошенна, что уж говорить об остальном. Поэтому жесткий обхват на талии и вонючая тряпка, перекрывшая поток воздуха в первую секунду вызвали лишь вялое недоумение, а потом окружающие предметы начали терять свои очертания и цвета.

Очнулась я на чём-то пушистом. Голова болела жутко и мечтала о прикосновении чего-нибудь холодного. Было ощущение лёгкого покачивания, будто плывёшь на не слишком большом корабле, и подташнивания.

– Синди, приходи ты в себя. Сейчас не время валяться без сознания. Просыпайся!!
– Голос был громким и раздражал. Я машинально отодвинулась от источника звука и наткнулась на что-то холодное, с тихим блаженным стоном уткнулась в него лбом. Стало немного легче.

– Я, конечно, много в жизни повидал, - прокомментировал тот же голос, - но до подобного ещё никто не додумывался.

– До какого?
– вяло поинтересовалась я, опознав по интонациям Диану. Её голос уже не резал уши, но всё равно казался слишком громким.

– Фу-ух, я боялся, что ты вообще не очнёшься.

– Так до какого?

– Глаза открой - увидишь, - слегка ехидно посоветовала Диана.

Немного помедлив, я подчинилась. Вначале я ничего не поняла, но когда сообразила, то завизжала и попыталась отскочить вбок, стукнулась головой о деревянную ножку кровати и замолкла, с ужасом рассматривая труп прямо посреди своей спальни.

– Синди, ты чего?
– изумлённо поинтересовалась Диана, - мертвецов никогда не видела?

Я усиленно замотала головой, чувствуя, как комок подступает к горлу.

– Что... с ним случилось?
– С огромным трудом противный комок удалось загнать обратно.

– Сердечный приступ, я полагаю, - небрежно ответила Диана.

– Ка-ак сердечный приступ? Он же меня душил!

– Не душил, а усыплял. Ты почти сутки не просыпалась.

– Рядом с трупом?!

– По-твоему, лучше было бы очутиться неизвестно где и с кем?

– Не-эт, но...
– я побледнела ещё сильнее.
– Это ты сделала?

– Я, я. И хватит на меня смотреть с таким ужасом.

– Хватит? Как я это милиции объяснять буду?! Меня за убийство посадят.

– Скажешь, что это я его убил.

– Тогда в психушку! Что мне делать?

– Во-первых, прекрати истерику. Сейчас я его уберу, только подтащи тело вплотную к зеркалу.

– Что?
– Мне поплохело ещё больше.

– Тащи сюда быстрее или собираешься ждать, пока у меня про... заклятие заморозки закончится и он разлагаться начнёт?

Я всё-таки выполнила её просьбу и очень скоро об этом пожалела. Диана что-то прошептала и дотронулась до зеркальной поверхности в том месте, где лежало неподвижное тело. Минуту я смотрела широко открытыми глазами, ожидая чего-то вроде эффектного исчезновения трупа в никуда, но ничего не происходило. Наконец, по мертвому телу прошла лёгкая волна дрожи, и оно начало вставать. У меня началась глобальная истерика с провалами памяти.

Кажется, я всё же разговаривала со стражами порядка. Хотя нет, не верно. Меня о чём-то спрашивали, а я тупо смотрела прямо перед собой, ни на что не реагируя. Помню, что меня утешала Диана, что-то втолковывал знакомый Киры - Денис и какой-то мужичок с бородкой и кожаным чемоданом. Без толку, я их не слышала.

Когда я более-менее пришла в себя, оказалось, что со дня отъезда Киры прошло больше недели. Я сидела, завернувшись в одеяло, на кровати и бездумно разглядывала что-то напротив. А это кто такая? С опозданием до меня дошло. Я. Худющая, страшная, немытая и нечесаная - в общем, не лучше смерти, той, которая костяная и с косой. Голова была ясной и пустой. Самочувствие, как эмоциональное, так и физическое - хуже некуда. Было чувство, будто я очнулась от ужасного кошмара. Или пережила сложнейшее заболевание, когда организм сам справлялся с чужеродной гадостью.

Я медленно встала, отметив мимоходом, что у меня очень сильно дрожат конечности. На глаза попался лежащий на тумбочке давно почивший сотовый, я машинально поставила его на зарядку и тут же подскочила от непривычно громкого звонка. Секунду колебалась: брать или нет, но всё же ответила:

– Да?

– Ты где пропадаешь? У тебя третье выступление срывается! Чтобы вечером была в клубе и без глупых отговорок!! Будь ты хоть трижды больна...
– орал на другом конце Игорь Николаевич.