Шрифт:
Рас извернулся и оттолкнулся ногами от стены, прыгнув с мечом наголо на Калена — туда, где тот только что стоял.
Кален сам прыгнул следом за Защитником, поймал меч и рубанул вниз. Мужчина зацепил рясу Вира.
Дрен приземлился в двух шагах от дварфа, и они посмотрели друг другу в глаза.
А потом Рас отпрыгнул назад, избежав морозного снаряда из палочки Мирин.
— Стой! — крикнул Кален, но было уже поздно.
Лицо Мирин казалось измождённым и осунувшимся, девушка рухнула на колени. Голубые руны засветились на её коже, словно распространившись по всему телу. Палочка уткнулась в пол. Мирин была возле окна, куда Калена выбросил портал.
Когда Рас кинулся к ней с низко опущенным мечом, Мирин дрожащей рукой подняла палочку.
Из неё вырвался сгусток пламени и столкнулся с мечом дварфа. Клинок почти моментально раскалился до красна, и Вир метнул его в Мирин. Ахнувшая девушка еле успела уклониться — клинок вылетел в окно.
А сам дварф железной хваткой схватил Мирин — одной рукой за горло, другой за руку, отведя палочку далеко в сторону.
— Стой! — крикнул Кален, нацелив Защитник на Раса.
— Ещё шаг, Тенеубийца, — произнёс Рас, пальцами коснувшись щеки Мирин.
— Кален! — выдавила девушка. — Бей, бей через меня, если должен! Я не столь важна!
— Мирин. Мирин, не бойся. Я спасу тебя.
— Что Файне сказала, Кален! Я не… гх!
Рас сжал шею достаточно сильно для того, чтоб девушка замолчала. Рыцарь медлил, тяжело дыша и не отводя взгляда от лица дварфа.
— Мне интересно, — Рас на мгновение взглянул на Мирин, а потом снова посмотрел на Калена. — Что для тебя важнее — справедливость или она?
Кален промолчал. Капля серебристого пламени упала с лезвия Защитника на пол, словно кровь.
Дварф ухмыльнулся.
— Давай проверим.
Он выбросил Мирин из окна. Девушка закричала и упала вниз.
Кален ринулся вперёд и прыгнул, не выпустив из рук меча. Рас скользнул на шаг влево с поднятыми руками, но рыцарь пронёсся мимо него прямо в ночь.
Вспыхнула молния, и ужасный крик, словно скрип метала о камень, прозвучал в унисон с громом.
Глава 37
Ливень прорезал ночь, а во вспышках молний в высокой часовой башне было также светло, как и днём.
Там, снаружи башни висел Кален — правая рука держалась за застрявший меж двух камней Защитник, а левая держала Мирин.
— Ты дурак! — из глаз Мирин катились слёзы, а сама девушка била Дрена свободной рукой, пытаясь разжать его хватку. — Просто отпусти меня!
— Прекрати, — сказал Кален. Он начал слегка раскачивать её: туда, затем обратно, словно маятник — словно подвязка на груди Файне…
В оконном проёме появилась голова Раса.
Кален продолжал раскачивать Мирин всё сильнее и сильнее. Нога девушки скользила по мокрым от дождя камням башни, но Дрен знал, что опереться не на что. Никаких выступов по всей длине башни вплоть до крыши дворца внизу. Их держал лишь один Защитник.
Кален сжал зубы и продолжил. Мирин раскачивало над пустотой — туда-обратно.
— Что ты делаешь?! — крикнула она. — Ты с ума сошёл?
Кален не останавливался. Шире. Дальше.
— Послушай меня.
— Брось меня! — всхлипнула Мирин. — Я не хочу убивать всех тех невинных…
— Послушай, — перебил Кален. Мирин умолкла. — Кольцо… в рукаве. Надень его.
— Просто отпусти меня! — простонала Мирин.
— Надень его!— проорал Кален, перебивая ливень с грозой.
Затем Защитник тряхнуло. Мирин дёрнуло, и та вскрикнула, а Кален охнул. Он поднял голову вверх — на меч и прямо на его перчатку встал Рас. Дварф спустился из окна, словно паук, прямо на клинок Калена. Дождевые капли срывались с него вниз.
— Интересный план, — прокомментировал дварф.
Кален не мог оглянуться на Мирин, но почувствовал, как та вытащила кольцо из манжета. Мужчина взмолился, чтобы дварф не заметил.
— Я ведь не помешаю, если так встану — тебе ведь не больно, ты ж ничего не чувствуешь, да? — Рас поднял одну ногу, удерживая равновесие. — Но даже лишённые ощущений пальцы не смогут удержать тебя, если они сломаны.
Кален сжал зубы, перебарывая бушующую бурю и боль в напряжённой руке.
— Я создам из себя пустоту…где нет боли… — он продолжил раскачиваться.
Рас топнул.
Кален почувствовал это — гораздо слабее, чем должен был, но никакой магический шрам не смог бы скрыть хруст сломанного указательного пальца. Всего лишь палец — дварф был до жестокости точен. Кален качнулся и почти упал, но сумел удержаться. Крик Мирин походил на нечто среднее между воплем и всхлипом.
— На…день…его, — прошипел Дрен девушке.