— Давай всё будем складывать раздельно, — предложила она. — Чтобы потом не разбирать эту кучу.

— Без тебя знаю, как нужно складывать, — грубо ответила Лида.

— Я же только предложила.

— Вот и складывай как тебе нравится. А меня учить не надо. Мне и без тебя тошно.

— Лид, я вовсе не хотела навязывать тебе свою волю. Если тебе нравится — пожалуйста, поступай как считаешь правильным. Давай сейчас не будем ссориться? Поверь, мне тоже очень тяжело.

— Если тебе тяжело, то держи свои мнения при себе. И нечего на меня давить.

— Разве я давлю на тебя?

— А что, по-твоему, ты делаешь?!

— Прошу тебя, успокойся.

— Не надо меня успокаивать! Надоело слушать! Вы все заодно! Сговорились! Из-за вас мы здесь! Из-за вас погиб Ваня! Сволочи! Идите вы к чёрту! Ненавижу!

Выкрикнув это, Лидия со злостью швырнула на пол то, что держала в руках, а затем смахнула со стола собранные ими продукты. Банки, громко зазвенев, раскатились по полу, заставив Ольгу вздрогнуть. Яростно пнув коробку с крекерами, Лида взвыла, одолеваемая очередным приступом истерики, и, рыдая, бросилась прочь с камбуза.

Оля не стала её догонять, понимая, что этим она ничего не добьётся и лишь сильнее разозлит Лидию. Проводив её взглядом, она вздохнула и опустила голову. Лида придёт в себя, успокоится, вернётся, и извинится перед ней за свою резкость. Ведь она сорвалась на неё в порыве истерического исступления, а не по злобе. Можно понять её состояние. Нельзя винить человека, который несколько часов назад лишился самого дорогого в своей жизни.

Всё это Ольга прекрасно осознавала, но в глубине души ей всё равно было обидно. Ведь она тоже очень страдала из-за потери Ивана, и выслушивать необоснованные обвинения в свой адрес ей сейчас было особенно неприятно. Переборов в себе эти чувства, она вытерла глаза, и начала собирать с пола разбросанные Лидой продукты. Нужно было всё собрать во что бы то ни стало. Они должны быть подготовленными к немедленному отправлению. Господи, скорей бы покинуть этот кошмарный корабль.

Когда девушка склонилась над столом, собираясь раскладывать приготовленные продукты по сумкам, из её кармана что-то выпало. Шмыгнув носом, и смахнув катящуюся по щеке слезу, Оля бросила взгляд на упавший предмет, но тот уже успел скрыться за сумкой. Она успела заметить лишь мелькнувший хвостик.

— Лиша, это ты? — не дождавшись ответа, Ольга отодвинула сумку и увидела ящерку, прячущуюся за ней.

— Ты зачем выскочила? А вдруг Лида сейчас вернётся? А ну полезай обратно в карман! — строго произнесла Оля.

— Не хочу, — Лиша весело ей подмигнула. — Мне скучно в кармашке. Я хочу немножко побегать — размять лапки.

— Ох, ну хорошо. Только далеко не убегай. Не хочу, чтобы опять повторилась вчерашняя история.

— Спасибо! — ящерка побежала по столу, обегая чашки и банки.

Появление Лиши немного отвлекло Ольгу от траурных мыслей. Чувство давящего одиночества сразу отступило, и работа начала спориться. Искоса поглядывая на свою маленькую питомицу, она ловко укладывала продукты в сумку, отметив, что руки её перестали дрожать, а слёзы больше не застилали глаза.

Вместе с этим, её сознание вновь посетили думы о неадекватности происходящего. Она поймала себя на мысли, что уже испытывает потребность в иллюзиях, что ждёт не дождётся возвращения в нереальный мир Евгения — туда, где сбываются мечты и ждут новые приключения. Пусть там тоже бывает страшно, но, по крайней мере, там не так тоскливо, как здесь. К тому же, там она не одна. Там есть Женя, который никогда её не оставит и не предаст.

Эта почти наркотическая тяга обрела контроль над её разумом и влечёт, влечёт её прочь из реального мира — в страну вечной фантазии. Но ведь это же неправильно… Это как-то нерационально, нетипично, неестественно. Разумный человек должен оставаться приверженцем реальных вещей. Она всегда так считала. Логика — прежде всего, следует чётко разграничивать бесплотные фантазии и материальные основы. Как не существует мира по ту сторону зеркала, так и не может существовать физического воплощения обычной иллюзии… Галлюцинации, выдумки. Не бывает говорящих ящериц. Не бывает искусственно сконструированных измерений. Не бывает астральной проекции и сноходцев, путешествующих по иллюзиям. Не бывает, не бывает, не бывает! Бывают сновидения, не имеющие ничего общего с реальным миром. И бывают галлюциногены, вызывающие запредельные видения и ощущения.

Хо нет, Жени нет, и Лиши нет. Но ведь если их нет, значит… Ольга зажмурилась и потёрла глаза. …значит остаётся полная бессмыслица. Чёрная дыра, внутри которой она болтается, словно в вакууме.

Впервые она поймала себя на мысли, что если их действительно не существует в реальности, то ей бы очень хотелось, чтобы они были. Странные, почти бредовые мысли, но, тем не менее. Не смотря на весь тот кошмар, в который она погрузилась за последние дни, эта троица подарила ей нечто новое, чудесное, бесценное. Они раскрасили её мир всевозможными красками, заставив балансировать между небывалой красотой и ошеломляющим ужасом, заставив задуматься о многих вещах, открыв двери для новых невероятных открытий. Они подарили ей новую жизнь — насыщенную, яркую и… Страшную.

Побегав по кухонному столу, Лиша, не найдя чем себя развлечь, заприметила скатерть, свисающую с полки. Краешек этой скатерти спускался очень низко, и его можно было достать. Подбежав к нему, ящерка нацелилась и, подпрыгнув, ухватилась зубами за уголок, повиснув на нём. Дёргая лапками и извиваясь, она начала раскачиваться из стороны в сторону. На самом краю полки была сложена посуда. Скатерть, на которой она лежала, поддаваясь настойчивым рывкам Лиши, стала сползать к краю, увлекая кухонную утварь за собой, пока та в конце концов не обрушилась вниз, сопровождая своё падение громогласным звоном и грохотом. Не ожидав этого, Ольга подпрыгнула, моментально придя в себя.