— Туман господствует, глубокочтимые друзья! Заявил, как считают некоторые, — беру, мол, власть в свои руки… Беру власть в свои руки! Беру власть в свои руки!!! И не собирается уходить…

Хозяин кабачка улыбнулся:

— Уйдет, дружище, уж поверьте, уйдет, — в один прекрасный день и следа не останется!..

Дюрица повертел в руках стакан:

— Вы так думаете?

— О-о, мы заговорили, дорогой? Почтили всех своим вниманием! Ну, что вы на это скажете — никто его не спрашивал, а он взял и заговорил!

— Потому что я в этом не уверен! — ответил Дюрица.

— А в чем можно быть уверенным, милейший? За что можно ручаться на этом свете, скажите-ка мне?..

Ковач толкнул трактирщика в бок:

— За грудинку и за подобные лакомства — они не подведут!

— Это уж разумеется! Смотрите-ка — мы совсем о них забыли! Ну как, пришлось-таки попачкаться дома с грудинкой?

Ковач наполнил стаканы:

— Всю слопали, господин книготорговец? И ваш животик все поглотил?

Книготорговец закурил:

— Данке шён, — кивнул он столяру, кладя пачку сигарет на место. — Да, все поглотил, дорогой друг! И что из того, что поглотил? К тому же вместе с салями — что вы на это скажете?

— И после этого вам все еще охота быть книготорговцем? — спросил хозяин кабачка. — Что это за работа, выдайте нам секрет?

— А у самих у вас что за работа? Выкрадывать денежки из рук почтенных клиентов, не так ли? Если вас когда-нибудь прикроют, прямо идите ко мне… к Швунгу, что запинается книгами, вам понятно? К Швунгу! Он примет вас в свою лавочку, и вы будете таскать за ним его портфель.

Он кивнул в сторону Дюрицы:

— Принес он ваши часы?

— Принес, принес, — ответил хозяин кабачка. — Для такого халтурщика вполне прилично сработал.

Кирай задул спичку:

— Это вы так думаете, милейший! Вы считаете, что если они ходят, так у них все в порядке? Небось выкрал из них что поценнее и слепил кое-как, лишь бы шли, пока вам не передаст. Вы видели когда-нибудь честного часовщика?

— Слышите, что тут о вас говорят? — спросил трактирщик у Дюрицы.

Дюрица поднял стакан — чокнуться:

— А вы тогда не умрете?

Ковач почесал в затылке:

— Ну наконец-то… всё на месте!

— Когда «тогда», мил человек? — спросил хозяин кабачка.

— Когда я так починю вам часы, что век не сломаются!

— Опять этот тип за свое! — Кирай ткнул пальцем в сторону часовщика. — Что, мастер, молоденького мясца не удалось ночью отведать?

Трактирщик поднял стакан:

— Будем здоровы!

Выпив и вытерев губы, он облокотился о стол:

— Слушайте, господин Сатана… Часовых дел халтурщик! О чем другом не скажу, но точно знаю — шкуру свою протаскаю дольше вашего! Вы поняли, о чем речь? Дьявол приберет вас во столько раз быстрее, во сколько раз моя голова умнее вашей…

— Вы так думаете? — спросил Дюрица.

— Да, папочка… Как раз настолько я проживу дольше вас… Ни кирпич мне на голову не свалится, ни машиной не задавит, ни грибами не отравлюсь… Я буду тихо умирать от старости, когда ваши братья вас давно уже утащат в ад!

— А вы уверены, что вам кирпич на голову не свалятся?

— Уверен, мой ангел… потому что я не хожу под самыми крышами и не вылезаю на самую середину улицы.

— И грибов не едите?

— Тоже нет! Что вы на это скажете? Грибов не ем.

— Вот это разговор, коллега Бела! — воскликнул книготорговец. — Грибов не есть, под крышами не стоять, по мостовым не шляться… Это здорово!

— Ну, естественно… иначе — каюк! — ответил хозяин кабачка.

Ковач прокашлялся и, воспользовавшись паузой, обратился к часовщику:

— Если позволите, господин Дюрица, я хотел бы у вас кое о чем спросить…

Кирай подмигнул хозяину кабачка:

— Благовоспитанный человек, а? Если позволите спросить… и прочее! Вас как-нибудь в рамку вставят, мастер Ковач! Ей-богу, вставят. Вот видите! — кивнул он Дюрице. — Он уж точно не умрет, а сподобится благодати. Ангелы вознесут его на небо, как деву Марию…

— Одним словом, — продолжал Ковач, — я хотел только спросить, в связи со вчерашним разговором… в общем, насчет смерти и прочего…

— А-а-а… — вздохнул хозяин кабачка, — так вы, дружище, все о том же?! Господи, вы и впрямь отправитесь на небо!

— А что я говорил! — подхватил книготорговец. — Разве я уже не говорил?

Дюрица вынул свой мундштук:

— Так о чем вы, господин Ковач?

От мундштука вновь запахло на всю комнату, и Кирай! подальше откинулся на спинку стула: