Борис уже было дернул ручку двери «аудюхи», чтоб выйти из машины, добраться до холодильника, плеснуть себе стаканчик того самого, про что Санек сказал «оно невкусное» и вырубиться к чертовой матери, как Сергеич вдруг радостно заверещал:

– Слушай, ну как же я так лоханулся! Земля! С землей же когда я мутил, я экстрасенса нанимал!

– Какая земля?! – вскинулся Борис.

Сергеич меж тем радостно вздохнул, припоминая:

– Да-а, неплохой развод получился…

– Что было-то? – нервно спросил Боря.

В ответ Сергеич захохотал, - прямо как пьяный ангел-хранитель совсем недавно. Борис почувствовал было, как будто бы он сам, Боря, в первый раз сильно обкурился, и теперь не знает, что делать – то ли плевать на все и терпеливо ждать, пока отпустит, то ли принять правила игры и действовать по принципу «как получится». Нет, ну в самом деле – сидеть в салоне Audi и слушать непонятно откуда раздающийся гомерический хохот.

– Хорош ржать! – наконец заорал Боря. – Сергеич, как человека прошу, завязывай, у меня щас крыша съедет!

– Хорошо, - сквозь хохот ответила Audi, - сейчас… еще секунду…

Борис из последних сил взял себя в руки. И все-таки дождался, - Аркадий Сергеич начал рассказывать, как всего-то несколько лет назад ему удалось с помощью экстрасенса отжать у одного фермера нехилый кусочек земли.

– Э-э.. ну, в общем, имел я в собственности землю под Москвой, несколько гектаров сельхозназначения. Земля есть особо не просила, ну, раз в год за нее заплатить какие-то копейки. Но собственность есть собственность, и должна или работать, или продаваться выгодно, сам понимаешь. И узнаю я однажды, что один человек хочет в этих местах поселок строить. Навожу мосты – ага, рядом с моей землей хочет строить, и уже даже часть участков скупил, - там помельче были. Но тут возникает проблема…

– Какая? – спросил заинтересовавшийся Борис. Надо же, олигарх тазиков и пластмассовых вилок и сделки земельные лично прокручивать не стремается.

– Да простая, но одновременно и сложная, - отмахнулся Сергеич. – Видишь ли, между теми участками, которые человек скупил, и между моим была земля одного фермера. Значит, моя земля ему даже по номинальной цене никуда не стучит…

– И? – мрачно уточнил Боря, все еще не догоняя. А про себя отметил, что стилистка повествований олигарха почему-то изменилась: с надменно-показательно интеллигентной сменилась на какую-то свойскую, что ли.

– «И», - передразнил его Сергеич, - бизнесмен из тебя тот еще, Борис. Если покупатель не заинтересован в покупке твоего товара – значит, надо сделать так, чтобы что-то изменилось, и он его с руками оторвать был готов. Ну и заслал я одних своих людей к покупателю, других – к фермеру. Тут выяснилось, что покупатель, в принципе, и мою землю купил бы до кучи, и построил бы не один, а два поселка тогда. Но мешает то, что фермер свое добро продавать не желает. Покупатель готов статус земли с сельского хозяйства на земли поселений сменить за свой счет, только продай – а по фигу. И не использует фермер участок, и не продает за предложенную цену – ждет, пока его золотом осыплют, цену за него выше крыше задирает… И договориться с ним - никак…

– А ты типа договорился, - кротким голосом сказал Боря, выслушав эту тираду (и помня замечание «какой из тебя, Борис, бизнесмен»). – Как ты крут, однако, Сергеич. Жену собственную в подлянке не засек, зама по безопасности тоже просрал – вместе с безопасностью. Хорошо хоть колхозника наколоть у тебя ума хватило…

– Не суть, - недовольно огрызнулся уязвленный олигарх одноразовой посуды и тазиков, - важно то, что в итоге все бумаги были подписаны. Ты спросишь – как?

– А вот не спрошу! – злорадно заорал Боря и, растянувшись на кожаном сиденье, сказал сам себе: - Мне и так хорошо! Вот щас спою, щас точно спою, - и тут же заголосил фальшивым голосом: - Стееепь да степь кругооом! Пу-уть далее-ок лежи-ит!

Охреневший Сергеич заткнулся.

Борис меж тем допел про «он това-арищу.. отдавал нака-аз!», понял, что про все то, что там было дальше, он просто забыл, и замолчал.

Сергеич почему-то не стал лезть в бутылку, а всего лишь вздохнул и уныло констатировал:

– Понятно. У тебя стресс.

– Еще бы не стресс, - мрачно буркнул Боря. – Вот на хрена я поперся к Вадику, а? У меня ж все в жизни отлично просто шло! А теперь гадай, кто я – уже уголовник или еще нет!

Сергеич помялся и предложил Боре увеличить компенсацию за его труды на пять тысяч баксов, на что Боря обиженно взвыл и в очередной раз напомнил олигарху, что тот очень дешево ценит собственную жизнь.

После становящегося уже традиционным еврейского торга прибавка составила семь с половиной тысяч, и немного подобревший Боря, еще раз отметив, что надо научиться так торговаться, вспомнил о собственно деле:

– Так что там с землей и экстрасенсом?

– Ну-у, - довольно протянул Сергеич, вспоминая труды прошлого, - стал я думать, как выкрутиться. Сначала, понятное дело, хотел проверками закошмарить, только вот выходов на проверяльщиков в этом случае не нашлось ни у меня, ни у покупателя… То есть были, конечно, эти выходы, но какие-то … гниленькие, что ли.