Шрифт:
Ее размышления прервал вопрос бабки:
— И как же ты, милая, порчу умудрилась навести, а?! В тебе же способностей что к колдовству, что к ясновидению – ноль целых, хрен десятых!
– А вы откуда знаете? – удивленно повернулась к ней Вера. Потом поняла, что ляпнула лишнее, и неуклюже попыталась исправиться:
– Я не навожу порчу! Вас дезинформировали.
– Нечем наводить потому что! – рявкнула бабка. – Наводилка не выросла! Вот мне и интересно, как ты умудрилась все-таки навести, а? Помогал кто?
Вера действительно числилась в экстрасенсах, но духов не вызывала, блюдце не вертела и волшебной палочкой не размахивала. Преимущественно она занималась тем, что решала личностные и семейные проблемы. Только еще начав работать, она быстро поняла, что к психологу ни один человек добровольно не пойдет, а вот к ясновидящему и экстрасенсу, которые обещают «приворожить, отворожить, дунуть, плюнуть и все исправить» повалят все без разбору. Поэтому-то и переквалифицировалась в экстрасенса, предварительно тщательно исследовав всю доступную ей информацию, которая касалась экстрасенсорики. Сработало. Собственно, Вера была хорошим специалистом и быстро выуживала из клиентов нужную ей информацию, на основе которой после всего строила несколько наиболее реалистичных вариантов развития событий. И варианты «лечения» предлагала, ага. Только вот форму этому вполне реальному содержанию пришлось придать особую – мистическую. Обилие зеркал, икон, свечей, благовония и прочая атрибутика действовали на приток клиентов крайне благотворно, и уже через год после начала своей деятельности как экстрасенса Вера расслабилась и перестала давать рекламу своего салона в газеты — хватало клиентов, пришедших по рекомендации. Еще через годик она долго хохотала, узнав, что ее приняли в какой-то там орден светлых магов, присвоив сразу вторую ступень. А потом просто привыкла, заскучала и начала экспериментировать. Только вот, похоже, последний ее эксперимент с «порчей» каким-то образом сорвался.
– Погодите, - уверенным голосом сказала Вера, пытаясь дезориентировать противника и дать понять, что шутки с ней плохи. – Порча, порча, - забормотала она, якобы что-то вспоминая. На самом деле психолог помнила все абсолютно точно. – Вы, случайно, не про Аркадия Сергеевича говорите? Да, ко мне обращались с подобной просьбой, но я…
– Случайно да! – радостно крикнул шкет с переднего сиденья. — Случайно про него! Сидит сейчас дух Сергеича в евойной машине, а тело валяется в реанимации. А все из-за твоей порчи! Кто в фигурку иголкой тыкал, а?
Вера побледнела. Самообладание сохранить больше не удавалось, и «дипломированный экстрасенс» закричала:
– Но этого же не может быть! Порчи не существует! Да и даже если существует, я действительно не могу ничего навести!!! Я не умею!
Сидящий за рулем мужик заржал и выдал:
– Значит, сумела. Ну а чо, раз в год и швабра стреляет.
– Этого не может быть, - мотала головой Вера. Пытаясь опомниться, она посмотрела на старуху:
– Погодите. А вы ему кем приходитесь, Аркадию Сергеичу?
– Я? – возмущенно заорала бабка. – Да я его ангел-хранитель!
Вера беспомощно посмотрела на затылок водилы и довольную рожу шкета на пассажирском сиденье. Шкет вывернул голову чуть ли не на 90 градусов и с удовольствием наблюдал за тем, что происходит сзади. Машина тем временем благополучно проехала съезд на Рублевку.
Ошеломленная Вера перевела взгляд на бабку и поняла, что у той выросли полупрозрачные крылья. Рот у дипломированного экстрасенса-психолога как-то сам собой приоткрылся.
– Чего вылупилась? Ждешь, что я прям здесь летать начну? – невежливо поинтересовалась Аделаида Петровна. – Рот закрой, говорю… швабра стреляющая.
И быстренько крылья спрятала.
– Может, если ее в машину усадить, то чой-то изменится? – спросила бабуля сама у себя.
Вере стало совсем хреново.
Несколькими часами ранее, деревня на Минском шоссе
– Ладно, поехали, поговорим с вашим экстрасенсом, Наина которая, - Борис дожевал бутерброд, встал и требовательно посмотрел на бабку и Санька.
Бабка презрительно фыркнула:
– Ох же какой ты крутой-перекрученный! На чем ты поедешь, остолоп?! Машина-то в розыске, забыл, пустоголовый?
– Э-э… - невнятно проблеял Борис. Бабка точно все обрисовала, а он, Борис, про розыск и собственную персону, ставшую конкретно «нон грата», он как-то позабыл. Вместе с тем в том, что Вадик подал его вместе с «аудюхой» в розыск, он почему-то нисколько не сомневался.
Бабка меж тем прошлась по комнате и обернулась к смотрящим на нее Саньку и Борису:
– Надо брать мою «четверку», - непререкаемым тоном сказала она. – Идем на электричку, значит… - Аделаида Петровна покопалась в складках кофты и выудила оттуда карманное расписание электропоездов, - так, а здесь станция-то ближняя которая? И далеко ли?
«Не знаю, - высветилось на включенном телефоне сообщение от Сергеича, - я на электричках не катаюсь».
– Ну куда уж вам, олигархам, на электричках ездить, - пробормотал внезапно почувствовавший острый приступ классовой ненависти Боря. Хотя сам на электричке ездил в последний раз, наверное, лет 15 назад, еще в студенческие годы. А в метро уже лет пять не спускался.